Кэтрин не ответила. Она стояла, выпрямившись, смертельно бледная. Казалось, еще мгновение — и она рассыплется. Но вместо этого в ее глазах что-то щелкнуло. Погасло. Ушло глубоко внутрь. Когда она снова заговорила, ее голос был ровным, металлическим, абсолютно бесстрастным. Голосом врача, констатирующего смерть.
— Основные эффекты, — начала она, и слова полились, как из автомата: сухие, технические, четкие. — Мгновенное обугливание эпидермиса, расплавление подкожных тканей с выделением экстремального тепла. Последующий взрыв — результат быстрой детонации...
Из глубины комнаты, из самого темного угла, донелось глухое рычание. Все взгляды метнулись туда. Сириус стоял, прислонившись к стене, его лицо было искажено такой немой, всепоглощающей яростью, что даже Молли непроизвольно отшатнулась. Его пальцы впились в обои, готовые разорвать их. Но он не произнес ни звука.
Кэтрин резко оборвала доклад, ее механическое спокойствие дало трещину.
— Все, — прошептала она. — Я... все.
— Патрули вокруг Хогвартса, — голос Кингсли прозвучал резко, властно, возвращая всех к реальности. — Удвоить. Тройное усиление наблюдения. И я отзываю Люпина из Уэльса. Его опыт сейчас нужнее здесь. Гестия, нам надо…
Обсуждение закрутилось, наполнилось деловыми терминами. Это был спасительный гул, который должен был заглушить немой крик, застывший в воздухе.
Сириус не участвовал. Он стоял в своем углу, поглощенный тенью. Его взгляд, темный и горящий, был прикован к Кэтрин. Он видел, как она медленно отпускает спинку стула и выходит из столовой. Ее уход был беззвучным, но для него он прозвучал громче любого заклинания.
Он дождался кивка Дамблдора, знаменующего конец совещания. Оттолкнулся от стены и прошел через комнату тяжелой, беззвучной походкой. Он знал, что она где-то впереди, в коридоре. Он шел, не оборачиваясь, чувствуя ее присутствие за спиной.
Он свернул к их спальне, толкнул дверь и захлопнул ее с таким грохотом, что задребезжали стекла в окнах. Не перед ее носом — он дал ей понять, что знает о ее присутствии. И показал, что ему невыносимо это присутствие сейчас.
Кэтрин замерла в коридоре, оглушенная этим звуком. Она постояла, слушая оглушительную тишину за дверью. Затем медленно повернулась и пошла прочь.
Ночью она проснулась от того, что кровать прогнулась под чьим-то весом. Он лег рядом, не дотрагиваясь до нее. Она чувствовала тепло его тела, слышала его прерывистое дыхание. Он не сказал ни слова. Просто полежал несколько минут, затем так же беззвучно поднялся и ушел, закрыв за собой дверь.
Утром она проснулась одна. Подушка пахла им — дымом, кожей и горьким кофе. Он приходил. Но не остался.
Она натянула платье, поправила волосы. Дверь в его спальню была по-прежнему закрыта. Она вышла из дома, не заходя на кухню. Тишина была полной и взаимной.
Глава 40 Секунду назад
Столовая дома на Гриммо тонула в багровых сумерках. Пыльные занавеси, словно саваны, поглощали последние лучи умирающего дня, оставляя комнату во власти дрожащего света каминных язычков и тревожной синевы заклинательных шаров, плывущих под потолком. Воздух был густым, спертым, пропитанным запахом воска, старого пергамента и невысказанных страхов.
В глубине комнаты, в кресле, отодвинутом от общего стола, как невольник от пира господ, сидел Сириус Блэк. Он был не просто в тени — он был ее частью. Иссиня-черные волосы сливались с бархатной обивкой, бледное лицо казалось парящим в полумраке маской с горящими глазами. Дым от дешевой папиросы, зажатой между нервными пальцами, струился в потухшую груду камина, обвивая ее призрачными кольцами. Он не двигался, лишь глубокая, едва заметная дрожь в скуле выдавала внутреннюю бурю.
Напротив, за массивным столом, покоились руки Кингсли. Его бархатный баритон, обычно вселяющий уверенность, сегодня звучал как погребальный звон:
— ...пропала вся семья. За исключением отца. Он был обнаружен... или то, что от него осталось... на месте так называемого «взрыва бытового газа».
Он сделал паузу, позволив каждому ощутить ледяную тяжесть этих слов.
— Экспертиза, проведенная нашими агентами, показала наличие в тканях минеральных соединений. Тот же состав, что и в образцах, предоставленных мисс Кейм и профессором Снейпом.