— Значит, у Дамблдора есть на этот счет план, — предположила Кэтрин, наконец подняв на него взгляд.
— Думаешь? — Сириус горько усмехнулся, откинувшись на спинку стула. — Моя бы воля, парень давно бы готовился к бою, а не ходил на уроки к этой идиотке Амбридж, переписывая учебники.
Кэтрин наблюдала за ним, ее взгляд был полон нежности и тревоги она поднялась и подошла к нему почти вплотную, оперевшись бедром о стал.
— Нам нельзя говорить ему слишком много. Ты читал Приказ...
— Черт с ним, с Приказом! — Сириус с раздражением скомкал очередное послание, переданное Фоуксом, которое лежало на столе. — Я считаю, он имеет право знать ВСе.
— Делать то, что мы умеем лучше всего, — тихо, но твердо сказала Кэтрин. Ее рука медленно легла поверх его сжатого кулака. — Взять себя в руки. И дать детям защиту. Раз уж мы с тобой — почетные призраки в этом Доме.
Сириус задержал взгляд на ее руке, затем его пальцы разжались и сомкнулись вокруг ее ладони. Крепко. В этом жесте было все: ярость, бессилие, страх и та единственная опора, что у них оставалась.
— Почетные призраки. Хм... Знаешь, Кэт, а ты меня сделала, — Сириус усмехнулся, и в его глазах мелькнула знакомая отчаянная усмешка. — Девятнадцать не убитых тобой магглов против моих, скольких там... двенадцати?
— Я так и знала, что ты это скажешь... Сириус! — она покачала головой, но в уголках ее губ дрогнула улыбка.
— Что? Не могу я быть таким предсказуемым?
— Может, это я уже чуточку Блэк? — парировала Кэтрин, ее зеленые глаза сверкнули. — А ты — чуточку Кейм.
— Неужели? — он мягко притянул ее к себе. — Моя госпожа настаивает на двойной фамилии?
— Поживем — увидим, — она легко, почти невесомо поцеловала кончик его носа, и в этом жесте была вся их общая, хрупкая надежда.
В этот момент дверь в прихожей с грохотом распахнулась — неестественно громко, будто кто-то ворвался с боем. Первым в дом влетел Гарри и, не глядя по сторонам, бегом ринулся наверх. Следом в дом вернулось тепло, свет и оглушительная суета в лице семьи Уизли и Тонкс, заполнив мрачный зал смехом и гомоном.
Кэтрин встретилась взглядом с Сириусом. В его глазах читалось беспокойство за мальчика.
— Иди, — тихо сказала она, мягко подталкивая его.
Сириус кивнул, его лицо снова стало серьезным. Он вышел из кухни, чтобы последовать за Гарри, оставив Кэтрин на пороге. Она прислонилась к косяку, наблюдая, как Молли снимает пальто, а Тонкс что-то оживленно рассказывает Джорджу. И среди этого внезапно ворвавшегося хаоса жизни она ловила себя на мысли, что эти «почетные призраки» обрели за этот короткий миг что-то очень реальное и важное.
***
Кэтрин, тяжело опираясь на косяк, наблюдала за сценой у лестницы. Джинни, Рон и Гермиона, сбившись в кучку, вели свой тихий, но страстный спор.
— Я сама с ним поговорю, если вы боитесь! — настаивала Джинни, сверкая решительными глазами. — Только я могу понять, как это, когда ты...
— Джин, мы его друзья, — пытался урезонить ее Рон, понижая голос. — Он просто не хочет сейчас никого видеть.
— Рон, Гарри переживает, — вступила Гермиона, глядя на него с упреком.
— Как и все мы! — парировал Рон.
Не слушая больше возражений, Джинни решительно рванула наверх. Рон и Гермиона, переглянувшись, бросились за ней. В этот момент Сириус вышел из гостиной, отряхивая с рукава блестки. Он подошел к Кэтрин и мягко коснулся губами ее виска.
— Он подавлен, — тихо сказал Сириус, следя взглядом за удаляющейся тройкой.
— Ребята нужны ему сейчас, — согласилась Кэтрин, чувствуя, как его близкость немного снимает боль в ноге. — Что он рассказал тебе?
— Позже. Наедине, — коротко пообещал он.
— Хорошо. А что там вообще происходит? — Кэтрин заглянула в гостиную.
Тонкс с присущей ей грацией размахивала палочкой, пытаясь прикрепить к люстре очередное украшение, и походя разбила еще один стеклянный шар.
— Там что, елка?! — удивилась Кэтрин, разглядывая наряжаемую пушистую красавицу в углу. Она не верила своим глазам.
— Не все же тебе голышом по снегу бегать в Рождество, — фыркнул Сириус, но в его голосе звучала нежность. — Надо бы и отметить хоть раз.
— Голышом?! — Тонкс застыла с украшением в руке, ее волосы на секунду стали ярко-розовыми от любопытства. — Кэтрин, серьезно?
— В прошлом году, да. Там было платье, я помню, — Сириус, не стесняясь присутствия Тонкс, снова поцеловал Кэт в висок. — Я видел... Издали.
Кэтрин улыбнулась, глядя на него. Она хорошо помнила то Рождество — самое тяжелое в ее жизни. И она помнила огромного серебристого пса — патронуса, которого Сириус прислал ей тогда.