Она ждала, затаив дыхание. Пес не мог говорить, но его взгляд был красноречив. Он смотрел на нее с надеждой и доверием. Кот внимательно посмотрел ему в глаза, а затем распушив хвост исчез среди деревьев.
— Хорошо, — прошептала Кэтрин. – Господи, я разговариваю с собакой…Тогда решено. Мобиликорпус…
***
Кэт вытерла взмокший лоб рукавом домашней кофты. Выправлять и сращивать кости ей ранее приходилось, и увы довольно часто, отправляясь на выезды с командой из Министерства, но вот зашивать рану на лапе огромного зверя…никогда.
Пес тяжело и устало дышал. Он рычал и сжимал челюсти, но ни разу за всю неприятную процедуру не попытался укусить девушку. Кэтрин, несмотря на дрожь в руках, продолжала работать. Она аккуратно промывала рану, накладывала антисептические растворы, а затем, с помощью зачарованных нитей, стягивала края порванной кожи. Каждый стежок давался ей с трудом, но она знала, что от ее мастерства зависит жизнь этого могучего существа. Когда последняя нить была затянута, Кэтрин облегченно выдохнула. Она поднялась, чувствуя, как усталость накатывает волной. Пес, словно почувствовав окончание мучений, тихонько вздохнул. Кэтрин поднялась и наполнила глубокую тарелку густым бульоном, взятым с кухни Хогвартса для собственного ужина. Добродушные эльфы домовики готовы были собрать ей с собой несколько корзин всякой снеди, но девушка отказалась.
— Сразу тебе скажу, готовить я умею исключительно зелья. Так что сейчас ты выпьешь… бульон из столовой Хогвартса и поспишь, дружок.
Пес приподнял ухо, склонив массивную голову на бок. Он медленно, с достоинством, принялся лакать бульон, как будто стараясь скрыть насколько голоден, и с каждым глотком в его истощенное тело словно вливались новые силы. Кэтрин присела рядом на корточки, не сводя с него глаз. Откуда взялся этот зверь, израненный жизнью, она не знала.
— Ты можешь остаться здесь. Даже больше — полежать и не тревожить лапу пару дней. Я рано ухожу на работу, но обещаю вернуться как можно скорее, приятель.
В ответ пес тихонько гавкнул, звук был низким и проникновенным. Кэтрин поражалась его понятливости. Казалось, он улавливал каждое ее слово, малейшее изменение интонации. Она провела рукой по его густой, чуть свалявшейся шерсти, чувствуя под ладонью тепло, робко пробивающееся сквозь усталость. Пес подался навстречу ее руке, прикрыв глаза от удовольствия.
— Да откуда же ты взялся, бродяга? — прошептала девушка, медленно перебирая шерсть на загривке.
Пес вдруг вскинул голову и пристально посмотрел ей в глаза. Хвост несколько раз вильнул, и в глубине проницательного взгляда промелькнуло легкое напряжение.
— Бродяга? — Кэтрин невольно отпрянула. — Это твое имя?
Волкодав опустил голову на лапу, но теперь его хвост вилял увереннее и радостнее.
— Ну, пусть будет так. Тогда это и твой дом тоже, если захочешь.
Глава 7 Приходи помолчать
– Мистер Уизли, – Кэтрин задумчиво изучала ярко—синие, словно чернила осьминога, волоски, густо покрывавшие лицо Фреда. Каждые пару минут этот курьезный пушок прибавлял в длине, словно стараясь догнать ускользающее время. – Мне бы хотелось задать вам пару уточняющих вопросов…
Волосы в районе предполагаемого рта шевельнулись, рождая невнятное бормотание. Джордж хранил олимпийское молчание, но в его глазах, казалось, фиксировалась каждая деталь: скорость роста, густота покрова – словно он вел кропотливые записи для будущего научного труда.
– Ээээ… мисс, ну вы же понимаете… Зельеварение – штука такая… деликатная.
– Что при смешивании с трансфигурацией выдает эффект, достойный кисти сюрреалиста? Снова перепутали унции с граммами?
В уголках губ Кэтрин мелькнула лукавая улыбка, наблюдая, как вытягиваются лица обоих близнецов. Синяя волосатая маска Фреда особенно напоминала демимаску, застывшую в гримасе изумления. За последние полгода эта изобретательная парочка с маниакальным упорством являлась к ней с плодами своих до тошноты скрупулезных экспериментов. То голова одного из близнецов обращалась в трепещущее желе, грозящее растечься лужицей, то правая и левая конечности совершали дерзкую рокировку, то один близнец притаскивал другого за шнурки, ибо гравитация предательски покидала одного из них. И при этом не пострадавший близнец всегда, с неутолимым любопытством вивисектора, следил за действиями Кэтрин, внимательно изучая процесс отмены чар.