— Сиди тихо, — хрипло бросил он в зеркало. — Не делай лишнего.
Он резко накрыл осколок ладонью. В наступившей тишине был слышен лишь учащенный вздох Добби.
— Великий Гарри Поттер в беде! — эльф спрыгнул с ящика, широко раскрыв глаза. — Добби должен помочь! Добби может проверить!
Кэтрин медленно подняла голову.
— Проверить?
— О да, госпожа! — Добби закивал с такой силой, что его уши захлопали. — Добби может пройти везде! Добби узнает, где они и кто их стережет!
Не дожидаясь ответа, эльф исчез с громким хлопком. Аберфорт хмыкнул:
— Нашел время для разведки.
— Он свободный эльф, — бесстрастно заметила Кэтрин. — Вправе сам решать, когда рисковать жизнью.
Воздух снова шлепнулся. Добби стоял перед ними, тяжело дыша, но с торжеством в глазах.
— Добби все видел! — он выпалил, переминаясь с ноги на ногу. — Великий Гарри Поттер и его друзья в подвале! Со скверным Малфоем и ужасной тетей Беллатрисой! А снаружи — много-много Пожирателей! — Его голос дрогнул. — И... и Темный Лорд летит. Добби чувствует!
Кэтрин встала. Ее движения были обманчиво плавными.
— Можешь перенести меня туда?
Добби на мгновение замер, его огромные глаза стали серьезными.
— Защиты... очень сильные... — он прошептал. — Но Добби свободный эльф! Добби может пронести одного человека! В сад! К задней стене!
— В сад? — Аберфорт резко повернулся к Кэтрин, его лицо исказила гримаса. — Чтобы тебя взяли в клещи, пока ты будешь пробиваться к дому? Глупость. Твоя война — в тени. Уходи и устрой им ад на подступах, как делала всегда.
Но Кэтрин не слушала его. Она смотрела на Добби, а ее взгляд был устремлен внутрь себя. Она мысленно примеряла на себя роль Сириуса — ту самую, от которой он отказался, оставшись в ловушке прошлого. Роль того, кто врывается в самое логово, чтобы вытащить своего.
— Нет, — тихо, но четко сказала она. — Не в сад. Прямо к ним. В зал. Где все они.
— Ты спятила! — прошипел Аберфорт. — Это самоубийство!
— Это отвлечение, — парировала она, и в ее глазах зажегся тот самый огонь, холодный и безжалостный. — Он ждет Поттера. Он ждет прорыва наружу. Он не ждет, что кто-то придет внутрь. Особенно я. Пока Беллатриса и Малфои будут пытаться раздавить меня в своем же доме, пока Сам-Знаешь-Кто будет разбираться со срывом своих планов... Добби сделает свою работу.
Она посмотрела на Аберфорта, и в ее взгляде не было безумия. Лишь страшная, выверенная до миллиметра тактическая логика. Логика человека, которому нечего терять.
— Иногда самый темный угол — это центр комнаты, куда все смотрят, но не видят, — сказала она. — Я была тенью. Стану ножом. Прямо в сердце их уверенности.
Аберфорт замер. Он видел не девчонку, одержимой местью. Он видел бойца, принимающего единственно верное в этой кошмарной ситуации решение. Ценой, которую он сам когда-то не смог заплатить за брата. Он тяжело кивнул, его голос был хриплым от осознания.
— Ладно. Черт с тобой. Лети, Блэк. Напомни им, что даже у призраков есть клыки.
Кэтрин кивнула, одно короткое движение головой. Ее костлявые пальцы сомкнулись на длинных пальцах Добби.
— Спасибо, Аберфорт, — ее голос прозвучал тихо, но ясно. — Хоть один Дамблдор не дает пустых обещаний.
Она увидела, как его плечи напряглись, а в глазах мелькнуло что-то сложное — боль, гордость, горечь. Он что-то хрипло пробормотал, отводя взгляд.
— Летим, эльф.
— Добби доставит госпожу! — эльф свирепо нахмурился, сжимая ее руку. Раздался оглушительный хлопок, и они исчезли.
***
Воздух с громким ХЛОПКОМ выгнулся, разорвав пространство посреди гостиной Малфоев. Из ничего возникли две фигуры: Кэтрин Блэк и домовой эльф Добби, его глаза горели решимостью.
Не было ни секунды на раскачку. Прежде чем Люциус, Нарцисса или Беллатриса успели понять, что происходит, рука Кэтрин уже взметнулась вверх, рассыпая в воздухе облако мерцающей, невесомой пыли. Частицы вспыхнули ослепительно-белым светом, на мгновение превратив богатую гостиную в подобие солнца. Все присутствующие, включая Гарри, Рона и Гермиону, инстинктивно зажмурились, отшатываясь.
— Ты… — шипение Беллатриссы, полное ядовитого изумления, переросло в рычание. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! КАК ТЫ СМЕЕШЬ СЮДА ЯВИТЬСЯ?!
Она метнула первое пришедшее на ум заклинание, но ее движение было слепым, дезориентированным. Чей-то силуэт — Кэтрин — резко заслонил Гарри от Лестрейндж. Воздух зашипел и затрещал, прошиваемый заклинаниями, которые Кэтрин парировала с нечеловеческой скоростью, ее палочка описывала в воздухе сплошной светящийся щит.