Улыбается, с теплотой, от которой сердце щемит, подушечками пальцев убирает с моего лица налипшие волосы, мягко за подбородок голову приподнимает и в глаза смотрит. Будто насквозь меня видит.
— Думаю, мы оба сошли с ума, София.
— Время шло вспять. С последнего момента нашей возможной встречи до первого. Коди, это невозможно. Меня примут за психа.
— А ты не говори никому. Да и… я тоже псих в таком случае, потому что тоже видел их, София. Ты прогоняла меня. Каждый раз прогоняла. А я каждый раз с тобой знакомился заново. Перебирал варианты, а ты снова и снова меня посылала. — И озорство в глазах вспыхивает. — Но я не обижаюсь. Иногда мне даже нравилось.
— Значит, ты был первым? Раньше меня через это прошел?
— Я… я упустил свой шанс. Понял это, когда ты меня не узнала.
— Коди, — к груди его прижимаюсь со всем отчаянием, будто вечность его не видела, будто знаю его лучше кого-либо в этой жизни. — Что это было? Что это, черт возьми, было?
— Хэллоуин? — грудь от смешка вздымается.
"Все законы времени и бытия в эту ночь не работают, что позволяет духам вытворять, что вздумается".
— Хэллоуин? — нервно усмехаюсь в ответ.
— Или… второй шанс? Шанс переиграть все заново. Шанс изменить ход. Кому еще так фартило? Да мы счастливчики.
— Ты все такой же, — смеюсь с его беспечного смеха, который вдруг обрывается, а на лицо тень падает и в глазах появляется сожаление.
— Надо было мне позже прийти. Напугал тебя. Придурок. Думал… ты уже прошла через это. Думал, мы вместе прошли. Блин, да я вообще ни о чем не думал. Так что… пришлось подождать целых три минуты.
— Это целую вечность длилось.
— Знаю, — плавно ладонью по моим мокрым волосам проводит.
— Вечность и ничего. Прости, София, — и голос дрогнул. — Я не смог ничего изменить. Не успел. Не услышал твоего крика. Вышел из своей чертовой мастерской лишь тогда, когда полиция приехала, но было уже поздно. Этот урод… Черт… прости меня.
— Поэтому я тебя не вспомнила, — осознаю с пониманием. — Для меня прошлое не изменилось.
— Я ничего не сделал.
— Сделал. Ты успел, — пытаюсь с теплотой ему улыбнуться. В глаза его голубые заглядываю, касаюсь подушечками пальцев побелевшего шрама протянувшегося от самого виска до подбородка и сквозь слезы из себя выдавливаю: — Прости меня за это, Коди.
— О-о… — удивленно. — У меня есть шрам? Я теперь секси, что ли?
Срываюсь на горький плач, а Коди меня все крепче к себе прижимает. Припадает губами к моему лбу и бережно целует:
— Я рисовал тебя. Сколько себя помню, рисовал, София. Но твое лицо… оно словно туманом было от меня спрятано.
В глаза заглядывает и припадает лбом к моему лбу:
— Но я планирую это изменить.
— Думаю, теперь многое изменится… если мы изменили прошлое.
— Мы изменили будущее, София.
— Одной случайной встречей?
— Она не была случайной, — обвивается руками вокруг моей талии и еще ближе к себе притягивает. — Я больше не верю в случайности. Мы просто жили с закрытыми глазами.
— И что теперь? Что мы будем делать со всем этим? Что ТЫ будешь делать?
— Ну-у… — протягивает лениво, приподнимая уголок губ в хитрой ухмылке. — Для начала я планирую тебя поцеловать.
— Все ведь закончилось, правда? — шепчу, приподнимаясь на цыпочках.
— Все только начинается, — с улыбкой в ответ, горячо и страстно меня целуя.
Жизнь разделилась на До и После.
До моей встречи с Коди и После нее.
"Тик-так…"
"Тик-так…"
"ТИК… ТАК"
КОНЕЦ
ЧАСТЬ 3. "День МОРА"
Постапокалипсис, научная фантастика
Елена Филон
Рассказ, занявший призовое 3 место на конкурсе "Острый сюжет".
АННОТАЦИЯ
Восемь человек. Одна цель. И полная потеря памяти. Кто они? Как связаны? И что их объединяет, если в городе, который принял их в свои смертельные объятия, кроме них никого не осталось?
Никого… из людей.
Оружие, провизия, транспорт и маршрут — попробуй угадай, кто оставил эти подарки, если ты — никто, а твое имя — всего лишь буква алфавита в огромном мертвом мире, который человечеству больше не принадлежит.
Узнать правду. Вспомнить. Дойти до конца. И принять действительность.
Есть ли шанс выжить и обрести себя у тех, кто очнулся в логове врага?..