Затем он нежно повернул ее к себе спиной, приобнял одной рукой и, закрыв глаза шумно втянул воздух в нос возле ее шеи.
«Черт» - подумала Марина. Она чувствовала, как через штаны в нее упирается его твердый член. Ее тело все напряглось от ожидания. Что сейчас будет и что делать: сопротивляться или быть как кукла?
Артур положил руку на ее плечо:
- Сильно болит?
Марина отрицательно помотала головой. Голоса она как будто лишилась. Он мягко массировал ее плечо и слегка покачивал бедрами. Марина стояла в ожидании. Ей оставалось только ждать, и наблюдать что будет дальше. От ее воли здесь ничего не зависело.
Артур как будто опомнился и быстрым движением взял наручники со стены и застегнул руки Марины за спиной. Затем он достал скотч.
- Не надо. Не надо, я не буд… - Марина начала уворачиваться.
Но Артур снова прижал ее спиной к себе, одной рукой взяв ее за лоб, так чтобы она не могла двигать головой, второй рукой – заклеил рот. Марина замычала.
- Так надо, - как-то ласково проговорил Артур, - пойдем.
Он снова привел ее в подвал и снял скотч с ее рта.
- Наручники я снимать не буду, как и пристегивать к стене. Посиди пока, поешь, там в пакетах еда. У меня сегодня много дел: кое-что доделываю в твоей комнате, думаю надо ускорить твое переселение наверх, там все-таки по комфортнее. Я не хочу тебя пытать, я хочу, чтобы тебе было хорошо. – Артур улыбнулся.
Он развернулся и ушел.
Не приковал к стене. Уже хорошо. Поселит в комнату. Хм. А окна там есть? Наверное, размером не больше, чем здесь.
Еще одна надежда. Марина в подвале провела всего полтора суток, но ей казалось, что она уже месяц здесь. Раз будет по комфортнее – уже неплохо. Хотя бы. А там глядишь и до побега рукой подать.
Марина легла на матрас. После душа она почувствовала себя гораздо лучше. И была рада, что ЭТО не случилось. Хотя по ходу дела случится. Она нахмурилась. Получится ли бежать до того, как он ее изнасилует. Такие мероприятия с похищениями, без секса, как правило, не обходятся. Марина попыталась отогнать от себя мрачные мысли. Она повернулась набок и задремала.
Глава 7. На этаж выше.
Марина проснулась уже после обеда. Солнце в окошки не светило. Судя по всему было пасмурно. А может шел дождик? Окошки были настолько узкие, что было не понять.
Она вспомнила последний ее разговор с Артуром. Он пообещал ее переселить наверх. Эта мысль воодушевляла. Подвал за два дня порядком надоел. Руки опять ныли. Всю ночь, закованная в наручниках сзади, и еще полдня – многовато.
Марина на коленях добралась до пакета. Есть хотелось страшно. И пить. Но руки скованы сзади. Она попробовала руки пропустить через низ, чтобы они оказались впереди, но ничего не вышло.
«Надо было развивать гибкость» - подумала Марина.
Она сдвинула руки к боку насколько смогла, чтобы видеть, что достает из пакета. Там были булочки – то, что надо, и бутылка воды. Булочку то можно распаковать, бросить на матрас и съесть, а вот с водой будет посложнее. Она раскрутила крышку от бутылки и поставила ее на пол. Затем развернулась и, сев на колени попыталась взять бутылку в зубы. Чтобы не захлебнуться, это нужно было сделать очень осторожно. Но она настолько осторожничала, что уронила бутылку, и ее содержимое вылилось на пол.
«Эх, сейчас бы трубочку… Вот он бестолковый придурок!»
- Заковать руки сзади и оставить с бутылками воды без трубочек, – вслух неизвестно кому проговорила Марина.
Бутылка валялась на полу, там оставалось наверное четверть стакана, если не меньше.
И тут ей пришла мысль. Она достала вторую бутылку, открыла и поставила ее на столик. Сев на колени перед столиком, очень аккуратно зубами немного наклонила ее. Вода небольшой струей полилась в рот. Марина отпила сколько смогла, пока бутылка не соскользнула и не упала. Вода из бутылки растеклась по полу лужей.
«И то хлеб» - подумала Марина.
Попив воды и съев булку, Марина снова легла на матрас.
«Ну когда же он придет и снимет эти наручники?! Козел… А наручники то тяжелые, и откуда он их взял?... Подготовился гаденыш.»
За окошками темнело. Марина меняла положение каждые полчаса, но каждое из них было не удобным. Ей страшно хотелось положить руки перед собой. Извертевшись уже и так и эдак, она снова легла на бок. И что? Опять спать? Спать совсем не хотелось.
Сверху донесся приглушенный звук электроинструмента.
«Суетится… Давай-давай» - со злорадством подумала Марина. Ей очень хотелось позлиться. Злости не хватало. Последние часы ее застилало только отчаяние и грусть, сменявшиеся апатией. Она устала от этих эмоций. И посчитала, что злости можно дать волю, может появятся какие идеи для побега. Пока их было ноль.