Он шептал мне, что это будет приятно, замечательно. Отдавать себя альфе. Альфам. Все равно, лишь бы унять этот голод, жажду.
Все внутри скручивало, от волн неконтролируемой похоти и одновременного ужаса, что мое тело мне абсолютно не принадлежит. Это было страшно, безумно. Сводило с ума.
Мысли о смерти сами собой проскальзывали между горячим красным мороком плотских потребностей.
Я не то, что не могла контролировать свое тело, что истекало соками, в животном желании спаривания, я не могла даже контролировать свои мысли. В голове словно все плыло по горячим волнам.
Меня качало и скручивало. Руки так и тянулись доставить разрядку изнывающему от желания телу, приласкать, унять боль и потребность кончить. Но я кусала кулаки.
Боль больше не отрезвляла.
Мне уже ничего не поможет. Ничто и никто меня не спасет.
В следующий раз, когда эта проклятая дверь откроется, я знаю, что не смогу сопротивляться.
***
— Что случилось, — Даня обеспокоено смотрел на бледного брата, который с явным ужасом вглядывался в экран телефона. — Что там? Покажи.
Но Артур не собирался показывать, он сунул смартфон в карман. Не нужно его брату видеть происходящее с Ирой, по крайней мере пока. Самому ему хотелось биться об стену головой. Но это ничего не даст. Он должен найти решение.
— Иру похитили.
— В смысле? Кто? Зачем?
— Из-за меня, — это убивало Артура больше всего, что Ира оказалась в лапах этих отморозков из-за него. — Я вел одно дело, грязное и отвратительное. Его отправили на пересмотр, а дальше я отказался от него. Теперь меня шантажируют. Хотят, чтобы я помог освободить одного ублюдка.
— И поэтому они забрали Иру? Но как?
— Видимо за мной давно следили, и схватили ее, как только она вышла.
Отец Иры вернулся не вовремя, услышав основную суть. Реакция его была быстрой, он отпихнул Даню от брата и снова схватил Артура.
— Повтори что ты сказал, щенок! Кто?! Кто ее схватил?
— Сабуров, — прохрипел Атласов.
***
Артуру было страшно брать телефон и снова заходить по той ссылке, что ему прислали. Руки каждый раз тряслись, и он с ужасом вглядывался в экран.
Ириска. Его омега.
Маленькая и замерзшая жалась в темном углу, накрыв голову руками.
Он впервые молился, чтобы с ней ничего не сделали. И чтобы она не была беременна. От мысли, что она может быть в столь уязвимом положении вдали от него, не в безопасности, внутренности сковывало льдом.
Он убьет каждого, кто к ней хоть пальцем прикоснется. А Сабурова разорвет голыми руками на куски.
Даниил остался в доме с отцом Иры, нужно было вызвонить людей, собрать всех. Готовилась целая спасательная операция, серьезная и опасная. Сам же старший Атласов ехал к старому знакомому, который помог бы найти место откуда велась трансляция. Местонахождение Иры сейчас было самой важной информацией.
Только бы успеть.
Не понятно сколько еще Сабуров будет ждать пока Артур уладит дело с его братом. Атласов даже не представлял, как это сделать. Теперь этим делом занимался другой адвокат. Он же не мог просто прийти к нему и сказать, знаешь, я передумал. Это было бы крайне непрофессионально и странно, подозрительно.
Да и освобождать младшего Сабурова Артур не хотел и не собирался. Этот ублюдок развлекался с маленькими девочками, место таким чудовищам в тюрьме на пожизненном сроке. Если бы от самого Атласова что-то зависело, то он был с превеликим удовольствием лично отвел эту мразь на смертную казнь.
С Романом Артур не виделся несколько лет, сколько точно даже сказать трудно. Но однажды он ему помог, еще тогда, в начале пандемии. Возможно, именно тогда они и виделись последний раз. После всего того, что произошло альфа решил вести почти затворнический образ жизни.
Атласов пытался дозвониться до старого друга, но на том номере, который у него был, не было никакого ответа. Отчаянье постепенно начало затапливать Артура. Искать Иру в огромном городе своими силами, это как искать иголку в стоге сена. Она могла быть где угодно и вообще не было гарантий, что ее держали в столице. Сабуров не дурак и скорее всего отвез ее куда-то за город.
Отшвырнув бесполезный мобильный, Артур ударил по рулю. Раз, еще раз. Очень хотелось приложиться об него головой. Чтобы боль физическая заглушила душевную. Мозги работали на полную в поисках решения. Но оно не находилось.