— Нет, — Ира мотает головой.
— Ты же слышала врача, — Даня пытается заглянуть в глаза девушки. — Ты хоть представляешь, как это может быть опасно? Ты можешь умереть. Или с малышом может что-то случиться. Мы зачали его в момент, когда в тебе был наркотик. Думаешь, это благоприятная среда для зародыша?
Атласов уже полчаса пытается достучаться до разумной стороны Иры. Но без толку. Она слушает, но не слышит. И мужчина чувствует, как от бессилия опускаются руки.
— Я не верю, что ты просишь меня о таком, — заговаривает Ира тихо.
— Что?
— Не верю, что ты просишь меня избавиться от ребенка Артура, — девушка сжимает кулаки. — Ты слышишь себя? Понимаешь, о чем говоришь? Чего именно хочешь?
— Я хочу, чтобы моя любимая была со мной! — Срывается Даня. — Дети еще будут, а такой, как ты больше нет, — он падает на колени перед ней. — Я не выдержу, если с тобой что-то случится, — упирается лбом в ее колени. — Не знаю, смогу ли я жить после потери тебя. А если врач говорил серьезно, то…
— Пятьдесят на пятьдесят, — Ира запускает пальцы в волосы мужчины. — Они не могут знать точно. Так же, как и мы. И в этом случае, я попытаюсь довериться судьбе и позволю малышу самому решать, — опускает она ладонь на свой живот. — Ты только представь, — ее нежная улыбка может осветить город. — Как только он родится, уже ничего не будет иметь значения. Целый, маленький человек, который станет любить нас, несмотря ни на что. Ты готов от этого отказаться?
Атласов столько раз порывался снова начать сложный для них двоих разговор в течение всего периода беременности. Потому что у Иры были большие проблемы с вынашиванием. Угрозу выкидыша, подтверждали так часто, что Даня в какой-то момент устал на нее реагировать.
— Хорошо, — кивала собранная и готовая к любым трудностям Ира. — Отправляйте меня в больницу. Если надо, я останусь там до самого конца срока.
И на каждую проблему, девушка реагировала с трезвостью и прагматичностью. Надо принимать специальные лекарства? Что ж, с этим не будет проблем. Посещать бассейн и специальные курсы для мам? Отлично, спорт не будет лишним. Лежать по часу вверх ногами, после вагинальных свечей? А такая поза говорят для кровотока полезна.
Видя, как Ира легко справляется со всем, Даня вскоре сам перестал сильно переживать. Его сердце все еще сжималось от страха перед каждым посещением больницы, но он уже не возвращался к болезненному разговору. И спустя три года, понимает, что это стоило того.
— Лиля не бросайся песком.
Атласов подрывается со скамьи и спешит к песочнице. Девочка продолжает безобразничать, обсыпая песком другого мальчика, который выглядит старше и крупнее ее.
— Ты зачем так делаешь? — Даня заглядывает малышке в глаза. — Зачем обижаешь мальчика?
— Плохой, — четко проговаривает Лиля и указывает в сторону.
Атласов смотрит поверх головы девочки и видит другую девчушку, всю в слезах и с куклой, у которой вывернута рука.
— Плохой, — повторяет Лиля, насуплено глядя на хулигана.
Даня не успевает сказать, что так вести себя нельзя, когда на них, как коршун налетает женщина.
— Что, вы делаете с моим сыном!? — Визгливый голос мамаши врезается в уши, как игла. — Руки поотшибать за такое. У него волосы полны песка! Куда вы смотрите!? — Бросается она на Атласова. — За детьми надо смотреть, а не глазеть по сторонам, на мимо проходящие юбки.
Даня цокает языком. Такого поворота событий, он явно не ожидал. Но ему не привыкать. После того, как Лиля стала старше и смогла уже сама ходить, на них часто обращают внимания. Особенно, если Атласов гуляет с девочкой один. Правда, обычно на него не бросаются, а совсем наоборот.
— Ваш парень сломал игрушку, — мужчина кивает на девочку с куклой. — Но, вы бы знали, будь у нее такая, же крикливая мать. В ответ, он получил наказание. Я считаю, что все справедливо. Сделал гадость, будь готов держать ответ.
— Отвратительно, — морщится нос женщины. — Пойдем, зайка моя, — вздергивает она сына за руку, как игрушку. — Здесь одни сумасшедшие.