Я снова куда-то падаю, но уже какого-либо истошного крика не было. Тихое «Ах!» и безмолвие. Все эти падения, если честно, уже не производят никакого впечатления. Ни испуга, ни удивления, ничего! Летела я долго, но интересно. Туннель сменялся от темных тонов к светлым, от теплых оттенков к леденящим. Попадались крапления кислотных цветов, от которых глаза начинало резать. Однако, несмотря на такую перемену это весьма быстро надоело. Расслабившись от долгого полета, я весьма больно и неожиданно для себя приземлилась на поверхность средней мягкости.
Упала на спину. Недовольно стиснув зубы и потирая ушибленные места, я открыла глаза. Моя комната. Протираю уставшие глаза. Нет, ну правда, моя комната. Сиреневые обои приобрели фиолетовый тон от ночной пленки. Напротив меня стоит шкаф-купе, деревянный, покрытый белой краской и лаком для блеска. Прохладный ветерок из открытого сбоку от меня окна, словно пощечиной, привел в чувства. Это был все во лишь сон. Кошмар, в главных ролях я и псих, с маниакальными наклонностями. С наглым оскалом и прожигающим взглядом, который теперь будет мерещатся мне не только во сне, но и наяву.