— Нет, мы не знакомы. Это довольно занятно, что я похож на её галлюцинацию. Теперь это дело начинает интересовать меня всё больше и больше. Сейчас я полностью уверен, что хочу подписать с вами контракт, — на его лице вновь появилась улыбка, но уже не приветливая, а коварная.
Адам кинул последний взгляд на Пандору и поднялся по лестнице с Аластейром, тихо топая ногами. Ещё пару минут девушка стояла в недоумении, но вдруг послышался шелест травы из открытого окна. Подойдя ближе, она решила попытать удачу и открыть двери. Они с лёгкостью открылись; её взор упал на лесную дорогу и ворота больницы. Узкая протоптанная дорожка вела к главным воротам, за которыми скрывался реальный мир. За ними был редкий лес, а после резкого обрыва пляж с нежным песком и чистой, искрящейся на солнце, водой. Даже с такого расстояния морской бриз бил в нос приятным ароматом. Птицы щебетали, дул лёгкий ветерок, поднося её рубашку из стороны в сторону. Казалось, что остался один шаг до нормальной жизни. Просто сделай шаг вперёд и она станет свободной, но что-то будто тащило её обратно в эту злосчастную психушку. Пандору будто бы тянули назад и пихали в эту дверь одновременно. Девушку одолевали сомнения. А что будет после того, как она выйдет? Всё не будет как прежде больше никогда, а Пандора уже так привыкла к нынешней «жизни». Бытие снаружи не будет таким уж и простым. Жизнь точно не будет прогибаться под её желания и ожидания.
Продолжая смотреть на вход в реальность, Пандора бездумно шагнула вперёд. Неужели это конец? Она свободна? Но почему-то ничего не чувствуется: ни спокойствия, ни радости, ни умиротворения. Казалось, что нужно быстро уходить отсюда и не оборачиваться, но девушка невольно повернула голову в сторону здания и её охватила необъяснимая тоска. Раньше она лишь желала избавиться от неволи и отправиться в свободное плаванье, но сейчас ей стало понятно, что не готова покончить со всем этим. Смотря на больницу, ей хотелось плакать и смеяться одновременно. Она понимала: если не справится с управлением, может скатится в ещё большую дыру, чем эта. Страхи, сомнения одолели её и девушка вернулась в здание. Закрыв за собой дверь, Пандора помахала своей жизнедеятельности рукой и сказала: «до свидания» своей мечте. Она поставила руки на дверь, приложилась головой, закрыв глаза и проронив одну мерцающую слезу. Девушка думала, что это лучшее решение. Любому бы это показалось глупым, но только не ей.
— Девушка, что вы тут делаете? Вы должны быть в своей палате, — Пандора обернулась на голос и увидела молодую девушку в наряде здешней медсестры.
Она была слишком молода для такой неприятной работы. Её чёрные, как ночь, волосы были собраны в опрятный хвост и в руках она держала толстую книгу с твёрдой обложкой. Меж страниц лежала еле-еле видная закладка, представляющая из себя просто на просто сложенный лист бумаги в клетку. Медсестра подошла к Пандоре ближе.
— Не могли бы вы пройти в свою палату?
— Да, конечно, — раньше Пандора не видела её в этих стенах. Не спеша, аккуратно они поднимались по ступенькам и шли по длинному коридору к палате девушки, — не могли бы Вы сказать своё имя? Я раньше Вас здесь не видела.
— Иллирика — мое имя. А Вы, я так понимаю, особый случай, о котором весь персонал болтает. Пандора, если я не ошибаюсь. Говорят, что Вы очень буйная, но, как по мне, Вы достаточно спокойная и вежливая, — произнесла девушка.
Медсестра слепо следовала за Пандорой, уткнувшись в пол. Она казалась довольно наивной и застенчивой. Не по душе были люди такого типа: Пандора любила авантюристов, готовых принимать спонтанные решения. По её мнению особи как медсестра слишком предсказуемы и скучны, но, возможно, это лишь первое впечатление и на самом деле Иллирика не такая.
— Спасибо за такие лестные отзывы. Кстати, что Вы читаете? — задумчиво спросила Пандора.
Это придавало ей чувство ностальгии по детству. Когда ещё был жив отец Аластейра, он время от времени обучал Пандору письму и чтению. Когда её умения были довольно хорошо развитыми, ей часто приносили детские, а порой и обычные книги разных жанров. Она как сейчас помнит те горы книг, которые были разбросаны по всей палате. Ей нравилось читать и узнавать из текстов что-то новое для себя. Пандора стремилась к знаниям и хотела узнавать всё больше и больше информации об окружающем мире, в отличии от большинства сверстников.
— Да так, заурядная романтика. Эта книга напоминает мне о том, насколько моя жизнь скучна и что любви, как в рассказах, не бывает. Вроде бы книга повествует о нежности и романтике, но почему-то так грустно на душе, читая её, — Иллирика грустно вздохнула и прижала книгу к груди. Дойдя до комнаты Пандоры, девушка остановилась на пороге.
— Было приятно с вами познакомиться, надеюсь, Вы хорошо провели рабочий день, — произнесла Пандора и приветливо улыбнулась.
Хоть её характер девушка был не так близок, но ей понравилось, что это первый человек, который уважительно с ней обходился и не воспринимал её как невменяемую. Та улыбнулась ей в ответ.
— Давайте на ты и, пожалуйста, называйте меня Лирой. Я думаю, что вам достаточно скучно и одиноко, так что примите эту книгу, я всё равно её уже читала, — произнесла Иллирика и неуверенно протянула книгу девушке.
Та радушно расплылась в ещё более большой улыбке. Благодарно кивнув, Пандора закрыла двери и осталась с рассказом один на один. Сев на твёрдую кровать, девушка открыла первую страницу. Страницы были на ощупь, как бархатные, а пахли новизной. Воспоминания о прошлом добавляли большего энтузиазма для прочтения.
Взахлёб, увлечённо, беспрерывно она читала книгу страница за страницей и даже не заметила, как кто-то вошёл в комнату. Сев на стул напротив её постели, он закинул ногу на ногу и начал пристально рассматривать Пандору, не скрывая своего интереса к её действиям. Девушка же не сразу почувствовала его взгляд на себе, но через несколько минут она перевела взгляд на него. Адам вновь одарил её своей лучезарной улыбкой и, неожиданно для самой себя, усмехнулась в ответ.
— Так кто же Вы всё-таки такой? Мы ведь определённо должны быть знакомы! Думаю, что ваше внезапное появление точно не случайно, — девушка начала рассуждать вслух, смотря Адаму прямо в глаза. Несмотря на то, что она была необразованной, но внимательности у неё хоть отбавляй.
— Повторю ещё раз: я твой лечащий врач. Сложилась очень забавная ситуация с твоей галлюцинацией, так что я хотел бы узнать побольше насчёт этого. Как часто она появляется? Когда именно и почему ты стала особым случаем? — Адам напирал на девушку своими вопросами.
Он клацнул механической ручкой и был готов записывать всё, вплоть до мелочей, в свой блокнот. Адам точно что-то скрывал. Если Аластейр повелся на его ложь, то Пандора докопается до истины, чего бы ей это не стоило.
— Я не помню того момента, когда мы перешли на ты… Не находите это невежливым? Не позволю Вам поступать как вздумается. Несмотря на то, что я здесь всего лишь заключённая, у меня всё-таки осталась капля самоуважения. Так что прошу относиться ко мне с уважением, — парень ухмыльнулся и поднял свои заинтересованные глаза на неё.
Пандора же сидела с поднятой головой и не могла терпеть, когда с ней обращались, как с подчиненной. Конечно, она ничего не могла сказать Аластейру насчёт обращения с ней, потому что не хотела понести наказание за своенравие, но время от времени высказывала недовольство.
— Такая гордая. Удивлён, что можешь дерзить. Если ты ещё не поняла, Пандора, то здесь правила диктую я, так что всё будет так, как я скажу. Прошу уже наконец ответить на вопросы и перестать тратить моё время впустую. А также я думаю, что тебе здесь оставаться не очень то и хочется, — парень вернулся к своему блокноту и быстро начал делать поспешные заметки, даже не узнав ответ на свои вопросы. Он быстро сделал выводы или просто даранее знал, что она так себя поведет и решил проверить свои догадки. Пандора рассмеялась.
— Ты правда думаешь, что всё так легко? Несмотря на то, буду здоровой или нет, я не выйду отсюда никогда. Или проторчу здесь всю жизнь, или поспешно умру. Ты хотел обратную связь? Ну вот тебе первый ответ. Судя по словам отца Аластейра, я была куплена на день рождение его сына, поэтому я и есть особый случай. Тут было, наверное, человек двенадцать таких же, но я последняя выжившая, как ты можешь видеть. Думаю, что это лишь наглая ложь и никто меня не покупал… — произнесла девушка с долей насмешки.