— Да что ты вообще знаешь! Я постоянно выгораживал тебя, когда ты сбегала с этой прислугой! Постоянно тебе помогал, а ты взяла и залетела от него, даже зная о моих чувствах! Когда я уговаривал тебя сделать аборт, ты начинала кричать и говорить, как хорошо вы с ребёнком будете жить, но неужели эта халупа и есть та роскошная жизнь, о которой ты говорила!? Ты променяла богатства на ребёнка, от которого нету никакого прока! — он продолжал бить её, нанося всё больше и больше боли. — Ты сделала меня тем, кем я являюсь сейчас! Постоянно пытался быть идеальным для тебя, а ты так легко продолжала игнорировать мои ухаживания! Я готов был отдать тебе все деньги мира, лишь бы ты была моей!
— Когда ты наконец поймёшь, что не всё можно купить! Я никогда не буду твоей и никогда не стану твоей женой! Ты вроде же бы не глупый, но так и не понял, что деньги не могут решить все проблемы! Ты никогда не любил меня, потому что если бы любил, то никогда не причинил бы боль! Ты был для меня старшим братом, который все время оберегал меня, но когда я увидела, как старательно его расчленяли, я сразу же поняла кто это сделала и после этого в моих глазах ты не больше, чем психически больной ублюдок! — женщина сморщилась после последнего удара в живот со стороны Марьяна и упала в обморок. Это последнее, что она почувствовала перед тем, как упасть на скрипучий деревянный пол. Маленькая девочка всё так же непринуждённо лежала в кроватке и рассматривала осыпающийся потолок.
В этот раз Пандора не чувствовала страха или переживаний. Казалось, она знала, что это случится и будто бы уже видела это. Это как посмотреть фильм ужасов второй раз — ты уже знаешь, где будет страшно, так что нет элемента неожиданности. Было понятно, что Фива была её матерью, но каких-то родственных уз с ней у неё не было. Она была абсолютной незнакомкой, которая внезапно вышла из тени тёмных переулков на освещённую дорогу. Конечно, хотелось верить, что эти сны лишь очень бурная и извращённая фантазия Пандоры и что она скоро встретится с действующими персонажами её гениальной пьесы. Открыв глаза, девушку заслепил тёплый солнечный свет. Рядом никого уже не было, лишь чувство присутствия. Она впервые провела ночь с кем-то в одной постели. Для неё это был первый опыт, который оказался довольно приятным, даже несмотря на то, что между ними ничего не было. Рассмотрев комнату ещё один раз и прислушавшись к звукам, она определила, где же её временный спутник. Слышались звуки льющейся воды, пения птиц и шелеста одиноких деревьев, что смешивались в неповторимую мелодию. Звуки воды прекратились и через пару минут из ванной вышел Адам в одном полотенце. Мысль о том, что он почти нагой, заставляло краснеть Пандору. Потирая затылок, парень невольно зевнул. Его волосы были мокрыми и взъерошенными. Ей нравился неопрятный вид мужчины. Она впервые видела его не в идеальном костюме.
— Доброе утро, — наконец заметив Пандору, сказал Адам, немного улыбнувшись. Взяв стакан с водой с тумбочки, он протянул его девушке, а та приняла и выпила содержимое. Парень присел рядом с девушкой, — как спалось?
— Хорошо. Мне неловко говорить с тобой, пока ты в таком виде, — девушка отводила глаза от парня, пытаясь не пялиться на него. Он был, безусловно, красивым. Адам был, словно описание красивых персонажей в романах — такой же идеальный и неуловимо прекрасный. Парень лишь посмеялся и посмотрел на девушку, что пыталась закрыть лицо рукой.
— Не знал, что ты такая стыдливая. Ещё вчера тебя всё устраивало, — он взял её руку и положил сначала на плечо, а потом на свою руку, — забыла, как хваталась за меня, как прижималась к моему телу, как нежно проявляла инициативу?
— Прекрати. Ты меня смущаешь. Я не привыкла к такому. Просто не знала, что делала, — на самом деле не смущало прикосновение к его тёплому телу. Её смущало то, что это возбуждало и заставляло касаться его кожи всё больше. А чувства, что она испытала при поцелуе, словно наркотическая зависимость — ей вновь и вновь хотелось почувствовать приятный вкус пьяной вишни. Привкус сигарет добавлял горькую нотку, что так шла ему. Адам ухмыльнулся и, взяв одежду с шаткого стула, зашёл обратно в ванную комнату. Пандора смогла вздохнуть с облегчением. Ей было стыдно за саму себя. Это так странно: желать того, чего не должен. Чтобы отвлечься от ненужных мыслей, она решила заправить постель. Резко встав с постели, девушка почувствовала резкую боль в области живота. Всё это так долго не напоминало о себе, а тут вдруг заболело так, как никогда. Сжимая кулаки от боли, ногти впивались в кожу, заглушая боль души физической. Слабое головокружение добавило отвратительное чувство тошноты, что мерзко отдавало горьким вкусом во рту. В глазах темнело и светлая комната замерцала искрящимися звёздами, которые плавно перемещались из стороны в сторону. Падение на пол было болезненным, глаза ещё не сомкнулись, но медленно смыкались, оставляя всё меньше и меньше света под тёмной занавесей век и ресниц. Последнее, что она увидела была дверь в ванную, которая скрывала слишком много постыдных вещей.