- Так это ты был, вот почему голос знакомый.
- Да, ты тогда кричала на весь автобус, чтобы тебя не трогали, люди решили, что я к тебе пристаю, - засмеялся Саша.
- Хорошо, что это не так, - облегченно вздохнула я.
- Уверена, что это не так?
Саша наклонился ко мне ещё ближе, едва ли не касаясь моих губ своими.
- Не смешно. Такие, как ты, не могут приставать к таким, как я, - гордо ответила я, хоть ноги подгибались от близости этих красивых глаз с расширенными черными зрачками, а сердце, как мне казалось, грохотало хуже нашего лифта.
- Почему? –непонимающе спросил парень, тяжело дыша и испепеляя взглядом мои губы.
- Ты же… я вряд ли в твоем вкусе.
- Проверим?
Саша опустил свой пакет на пол и не дал мне даже шанса запротестовать, взял в ладони моё лицо и примкнул своими губами к моим. Ноги окончательно отказались меня держать, и я оказалась безвольной куклой в руках этого манипулятора. Он запустил пальцы в мои волосы, шапка соскользнула на пол. Стыдясь признаться самой себе в своих ощущениях, я разжала ладонь, пакет выпал, и я провела пальцами по шее мужчины, чувствуя, как по его коже бегут мурашки. На секунду отстраняясь, Саша прислонился своим лбом к моему. Затем притронулся губами к мочке моего уха. Я почти перестала дышать, но тут раздался спасительный звоночек лифта.
- Мой этаж, - жалобно пискнула я и выскользнула из объятий мужчины, на ходу хватая шапку и пакет и выбегая из лифта.
- Нет, не твой, - услышала я обиженный ответ, прежде, чем двери лифта захлопнулись.
И правда, мой этаж был ниже. Я кубарем скатилась по лестнице, трясущимися руками открыла замок и, не раздеваясь, упала на диван. Что это было вообще?! Такого не бывает. Не со мной. И тем более не с таким мужчиной, как он. Как давно он за мной наблюдал? Знает, где живу, даже этаж знает… И вообще, почему я ему не врезала, как следует?! Будет теперь думать, что я – легкодоступная какая-нибудь, отчаявшаяся. А это ведь совсем не так! До ночи я ходила, как в тумане, изо всех сил отмахиваясь от навязчивых мыслей о Саше.
На работу я выходила рано, но всё равно боялась пересечься с соседом. Решила проверить почтовый ящик, в который не заглядывала больше двух недель, и снова сердце сделало бешеный скачок – среди рекламок и приглашений увидела резной лист бумаги, на котором красивым ровным почерком было написано одно слово – «Извини». А на обратной стороне четкими широкими штрихами были нарисованы… мои глаза. Вне всяких сомнений, мои – даже маленькая родинка под правым глазом присутствовала. Рисунок, нужно сказать, был невероятно красивым, профессиональным. Я бережно положила листок в рюкзак и поспешила на работу, то и дело ловя себя на мимолётной улыбке и, тут же одёргивая себя, возвращалась с небес на землю.
В этот день я шла с работы очень поздно – за время больничного накопилось столько дел, что все романтические мысли отошли на задний план. Транспорт уже не ходил, но я жила не очень далеко от офиса.
- Ты всегда так поздно с работы идёшь?
Сердце опустилось в пятки. Саша. Ну, конечно.
- Нет, просто дел слишком много скопилось.
Он сидел неподалёку на скамейке, его уже неслабо припорошило снегом.
- Я решил, что извиняться с помощью бумаги как-то не по-мужски. Пришёл вот лично сказать. Прости меня за то, что случилось в лифте. Я себя не контролировал.
- Ты сколько тут сидишь?
Саша посмотрел на меня так, что тело бросило в дрожь.
- Недолго.
- Да? Поэтому у тебя губы синие? Пошли.
Я подождала, пока он встанет со скамейки и стряхнет с себя нападавшие сугробики.
- И кто из нас с ума сошёл. Решил тоже в больнице погостить?
- Нет. Просто хотел извиниться лично.
- Так мы в одном доме, как оказалось, живём. Рано или поздно пересеклись бы.
- Не мог я столько ждать. Хотел тебя увидеть.
Я промолчала. Снег усилился, и Саша, очевидно, не имевший привычки носить ни шарф, ни шапку, стойко переносил порывы ледяного ветра, но даже смотреть на него было холодно, а я, всё-таки, была у него в долгу. Я остановилась, сняла с себя тёплый большой шарф и намотала на шею мужчины. Он дрожал.
- Не надо, т..ты же только после болезни.
- У меня куртка под горло, нормально всё.
Я пошла вперед, давая понять, что возражения не принимаются. Мы вошли в подъезд, и я с опаской глянула на лифт. Словно прочитав мои мысли, Саша сказал:
- Не буду я приставать.
- Обещаешь?
- Угу..
- Тогда пойдём ко мне, чаем тебя напою.
- Может, не надо? – обалдело спросил сосед, но я, коротко ответила:
- Надо.