Смахивая капли с ресниц, вглядываюсь в Женькино озадаченное лицо, склоненное надо мной. Я знаю в нем каждую черточку. Он напрягает брови, когда растерян, и они смешно съеживаются, а ноздри наоборот расширяются и слегка белеют, втягивая больше воздуха. Губы он складывает в тонкую линию, когда я недовольна им или не воспринимаю всерьез, точно так же он поджимает их, когда уязвлена его гордость.
Женька молчит, он не знает, что мне ответить.
Сглатываю комок в горле и тянусь к его губам.
Химии. Нам не хватает химии.
Может Катька права. Может это именно та, недостающая часть пазла.
- Загорская ты чего? - еще более обалдевает Женя от моей сегодняшней непредсказуемости.
- Я тебе нравлюсь? Как девушка?
Не успевает он что-либо ответить, как в дверях показывается Светлана Чарова - бывшая и одна из лучших учениц нашего Михалыча.
- Загорская! Вероника, поди сюда.
Она растягивается в улыбке, когда, я, кое-как приведя себя в порядок, наконец подхожу к ней. Мы обмениваемся теплыми приветствиями. Она даже тискает меня как родную.
- Ну, что? Как ты? Рассказывай! – оглядывает с ног до головы, словно давным-давно не видела, а я с тех пор знатно подросла.
Два месяца назад она была у нас, заменяла Михалыча пока он в отъезде, но особого интереса ко мне что-то не проявляла.
-Хорошо все, - пожимаю плечами.
- Вот и отлично! На чемпионат страны собираешься?
- Вроде. Михалыч все-таки решил дать нам шанс.
Решил, как же! У меня нет ни единого сомнения кто постарался его убедить.
- Ты способная, просто еще не раскрылась в полной мере.
Смущенно морщусь, а она довольно подмигивает.
- Слушай, я как раз пригласить тебя хотела. В среду же нет репетиций. Приходи к нам на мастер-класс. Знаешь, что это?
Качаю головой, плохо соображая, что от меня хочет этот мир, и Светка в частности.
- Ой, сейчас очень модно. Профессионалы делятся с избранными секретами мастерства, своим опытом. Мы собираемся вечером. Камерная студия, душевная атмосфера, потанцуем, попробуем паркет, качнем все умения. Что скажешь? Придешь?
- Хорошо, - вновь пожимаю плечами, - постараюсь. Соглашаюсь просто потому, что у меня нет сил придумывать отговорки.
- Обязательно приходи, я буду ждать! На Фурсова 19, запомнишь?! - она машет мне на прощание и несется по своим делам, невольно растоптав проклюнувшийся было во мне росток смелости изменить что-то в наших с Женькой отношениях.
24 апреля 2002 год.
Нет, со мной точно не все в порядке.
Сегодня нет репетиции и вместо того, что б идти домой решаю заглянуть в свою любимую фотостудию. Если выдаются более-менее свободные пару часов, я всегда посвящаю их встрече с Димоном. Тем более он обещал показать что-то интересное.
Знакомы мы с ним уже довольно давно, а впервые, по странному стечению обстоятельств в фотостудию меня привела именно мама, когда делала рекламу для своего бизнеса. Она занимается танцевальными костюмами – ее способ остаться в любимом деле.
Сначала я просто была ее моделью, потом заинтересовалась и самим процессом фотографирования. Геннадий Петрович и его внук Димон с удовольствием помогли мне погрузиться в чарующий своей нереальностью мир застывших мгновений. Волшебники, умеющие останавливать время – так я называю их.
И, пожалуй, Димон один из тех немногих, не принадлежащих к танцевальному миру, кого я могу назвать своими друзьями.
Сначала, иду из школы глотая сладкий воздух свободы и улыбаясь зеленеющим кустам, пока между лопатками не появляется свербящее неприятное чувство, что за мной наблюдают.
Оглядываюсь, ожидая, что это Роберт вновь идет за мной. Но его кудрявая голова не виднеется ни в редкой толпе прохожих, ни за стволами деревьев, ни в зарослях чахлых кустиков. Зато чем больше я оглядываюсь, тем больше мне кажется, что в потоке машин, одна неотступно следует за мной.
Мне не спокойно.
Может у меня развивается паранойя?
Или просто богатая фантазия - по версии папы, любовь к преувеличениям - по версии мамы, зацикленность на мелочах, которая до добра не доведет, - по версии Женьки.
Почти подхожу к красивому историческому зданию, где расположена фотостудия. Намеренно сбавляю шаг. Руки подрагивают, когда я имитирую завязывание шнурков, а сердце начинает колотиться о грудную клетку, когда в паре метров от меня, все-таки, притормаживает черный автомобиль.
Взвиваюсь как испуганный голубь и спешу преодолеть расстояние к ступеням и сами ступени как можно быстрее. Не оборачиваюсь. Влетаю внутрь, громко захлопывая за собой входную дверь.