- Доверие формируется на острие. Можно прожить с человеком многие годы, но так и не узнать на что он способен. А можно один раз пройти с ним по краю. Ты понимаешь, о чем я, Ника? - доносится до моего сознания тихий голос с щекочущей хрипотцой.
Он снимает с глаз повязку, отпуская ее лететь черной бабочкой вниз. Завороженно смотрю как платок кружится, трепещет и бьет уголками-крыльями, пока не исчезает из виду.
Он берет мое лицо за подбородок и поворачивает к себе.
- Шшш, не дергайся, - тянется к моим губам, -держись за меня. Верь мне.
Какой там дергаться, под нами все еще огромная зияющая пропасть, только что поглотившая его платок. Он это серьезно?!
Расширяю глаза.
- Псих! Отпусти! Ты все таки маньяк?
- Крепче. Ну же. Обними меня, - выдыхает мне в губы прежде чем накрыть их своими.
Нет больше осторожных движений, он целует жадно, обжигая кожу своим горячим дыханием, вызывая по телу россыпь мурашек. Ноги становятся ватными и вот теперь я точно упаду без его рук.
- Ненормальный! Сейчас же….
- Я никогда не отпущу тебя. И хоть прямо сейчас тебе кажется, что твоя жизнь в моих руках, знай Ника, я нуждаюсь в тебе больше чем ты во мне.
Поднимает меня обомлевшую на руки, так невозмутимо, будто сделал танцевальную поддержку и спрыгивает с парапета на крышу.
– Есть хочешь? Я очень голоден. Если откажешься перекусить со мной, клянусь, съем тебя.
Каждый танец с ним – шипучий коктейль из смешанных чувств, но в этот раз он превзошел себя.
Я никогда не испытывала ничего подобного и вряд ли испытаю. Хотя с таким партнером как Смолов ни в чем нельзя быть уверенной.
Кстати, мы что теперь партнеры?
Думаю, что и не смогу после этого танцевать с другим. И дело не в том, что он не позволит. Я буду сравнивать. Вольно или невольно, мое тело будет искать остроты и накала эмоций, испытанных сегодня, и неважно что при этом скажет разум.
Мы спускаемся на этаж ниже в роскошный и очевидно очень дорогой ресторан. Здесь большие мансардные окна, поэтому много света. Вместо коврового покрытия зеленый газон, словно мы не под крышей, а на залитой солнцем лужайке. Резные столики расставлены вдоль балкона из широких каменных перил, за которыми простирается великолепнейший вид на беспокойный в это время суток город. Тут же царит спокойствие и умиротворение. Красивые цветочные вазоны, необычные предметы декора, тихая изысканная музыка, все задает расслабленную гедонистическую атмосферу.
Почему-то думаю о том, что Смолову это место очень подходит. В моем представлении именно в таких заведениях он и должен околачиваться.
Посетителей здесь немного. Толи время еще ранее, то ли цены не всем по карману.
Единственная парочка, уединилась в дальнем углу.
Мне здесь нравится, но я не подаю виду.
- Сначала я хочу знать, что с Робертом.
Уверена… теперь уверена, что Смолов никакой не гангстер, но все же должна убедиться в порядке ли Гайдукян.
Он вздергивает бровь, словно говорит, а этот-то тут причем, разве мы не пришли отметить наше чудесное слияние, одобренное небесами.
- У него все офигенно, не волнуйся!
- А точнее.
- Он получил компенсацию, за то, что уступил тебя мне и сейчас сидит дома, забавляясь своей новой игрушкой.
- Игрушкой? – мой черед вскидывать брови.
- Ericsson T68.
Все еще не понимаю.
- Лучшая модель 2001 года, цветной экран, EMS, Bluetooth, ИК- порт, почти совсем новенький, золотого цвета, куплен на выставке в Лос-Анжелесе за 470 долларов. А подчистить все за собой, –легонько и насмешливо поддевает мой нос, - значит удалить свои номера, картинки, смс и прочий стафф, которые в этом телефоне были.
В голове все еще легкое головокружение от произошедшего сегодня, и я кажется не все поняла из того, что он сказал, но главное уловила точно.
-Издеваешься?!
Он достает свой мобильный и набирает номер.
-Ну, все в порядке? А теперь выполни свою часть договора, скажи ей.
Передает мне трубку.
Слышу не громкий голос, но это определенно Роберт. Слова путанные, в них нет привычной бравады, но он явно в порядке, скорее смущен и чувствует себя неловко.
- Загорская? Хм, это, короче, я короче занят буду, не смогу с тобой, ты это короче, прости.
Вижу, как надменно кривятся губы у Смолова.