- Сдашься? - каждое его слово как скрип по стеклу – начинает раздражать ужасно, - Потому что не хочешь бороться за меня или в принципе не готова вступить в борьбу с заведомо сильным?
- Опять играешь… мной? – зло выдыхаю, - ставишь очередной социальный эксперимент? Драться за человека это глупо!
- Вот как?! А за награды, кубки, звания и прочую лобуду? – берет меня за подбородок и теперь уже не спрятаться от острых обжигающих угольков в его глазах, - Тоже глупо? Ты же спортсменка, Ника, разве любая возможность посоревноваться не должна заводить тебя?
Отталкиваю его руку, разрываю зрительный контакт, чтобы его яд не проникал в сознание так мгновенно. Но опять поздно. Он уже попал в самую уязвимую, долго скрываемую, даже от самой себя, часть моей психики.
Мне легко давались детские победы, когда просто надо было выступить красиво и понравиться жюри. Но в сознательном возрасте, когда понимаешь, что твоя победа равна разбитым мечтам другого, что тебя могут ненавидеть, что выживание - это необходимость съесть более слабого…
Я никогда, никогда не получала удовольствие от конкуренции.
Осознание накрывает так внезапно, что я съеживаюсь.
- Подумай хорошенько чего ты хочешь, - продолжает давить он, - быть маленькой трусливой девчонкой, следующей за обстоятельствами, или той, кто побеждает, потому что может и хочет побеждать, вопреки обстоятельствам.
То есть такой как он.
Алекс встает и протягивает мне ладонь словно приглашая в свой мир. Колеблюсь, как будто за этим и вправду скрыт какой-то переход.
Я уже один раз взяла эту ладонь, думая, что это просто ничего не значащий танец. Что случилось далее - известно.
Игнорируя его руку, поднимаюсь сама.
Репетиции у нас сегодня так и не получилось.
- Встретимся у машины через десять минут, - распоряжается он, когда расходимся у раздевалок.
Я же хочу побыть с собой наедине и обстоятельно обо всем подумать.
- А не вернуться ли тебе в ад?! Там и командуй себе на здоровье, - выпаливаю неожиданно зло.
Уголки его губ чуть приподнимаются, - И все же, душа моя, надеюсь мне не придется долго ждать тебя.
2 июня 2002 год
Поджидаю у своего подъезда Димку, с которым договорилась провести это воскресенье.
Солнце рассеяно роняет лучи сквозь пушистые белые облака, интересно подсвечивая и золотя кусты и деревья.
Выставка оказывается уже закончилась, в пятницу был последний день, но решаем с Димоном просто погулять и пофотографировать.
Я во всеоружии, с камерой наперевес, разглядываю птиц. Они без устали ныряют и выныривают, то в зеленые кроны, то в молочно-облачную пену, срываются с подоконников и крыш многоэтажек, следуя только им понятным маршрутам и порывам.
Я настолько увлечена наблюдениями, и поиском интересных кадров, что пугаюсь громкого автомобильного гудка, раздающегося рядом.
Что за…?!
Смолов!
Что он здесь забыл?
Всю прошлую неделю, мы работали до изнеможения, иногда задерживались допоздна. И даже мама сегодня отпустила меня развеяться.
Твержу Алексу, что я не его рабыня, но он все равно собирается отнять у меня законный выходной.
Выяснив, что с моей ногой все в порядке, просто я хочу сегодня погулять, а не танцевать, он насильно запихивает меня в машину, приправляя свою наглость доводами о вчерашней недоработке, срыве графика и неумолимом приближение решающего для нас дня.
Я тоже тот еще педант, но не до такой же степени.
Неужели ему совсем не хочется отдохнуть?
Он что киборг?
Хорошо выглядит. Словно и не было изнуряющей тяжелой недели. Хорошо пахнет. Словно в душный летний день ему не жарко. Словно светлая клетчатая рубашка, наброшенная поверх белой футболки, никогда не мнется, а кроссовки не знают, что такое дорожная пыль.
И похоже в этом мире у него нет других дел, кроме как мучать меня?
Перед Димкой снова неудобно получится. Он придет и не застанет меня. А я даже предупредить его не могу.
Мой пейджер уже полгода назад как сдох и наверно все-таки стоит обзавестись новым мобильным телефоном, взамен утерянного. Но я все не решаюсь попросить маму об этом.
Меня передергивает. Недавно Смолов, предлагал подарить мне один, но, вспомнив Гайдукяна, я, мягко говоря, посоветовала меценату оставить свои подарочки при себе.