- Че там? - Димка видит, как я побледнела и изменилась в лице, - что случилось?
- Этот, он, тычу в экран, в лицо уважаемому эксперту. Эдуард Баршай, главный понимаешь, тот который судит наши завтрашние соревнования. Он будет решать, его слово… то есть, оно будет решающим.
- И… - не въезжает мой друг в причину столь внезапного волнения, - что теперь? Что это значит?
- Еще не знаю, - оседаю на стул, с которого вскочила от ужалившего меня открытия, - но они знакомы… и это точно что-то значит.
Фото подписано скупо, коротенькой фразой. Сложив наши лингвистические способности, мы с Димкой переводим ее, но ничего интересного не узнаем.
Тогда решаем найти сайт, страницу в этих удивительных социальных сетях, какую-то иную информацию теперь про Эдуарда Баршая но сначала все долго грузится, а потом и вовсе время на карте заканчивается.
- Блин, сейчас сбегаю пополню, - досадует Димка, видя мое мертвенно бледное лицо.
Все-таки это очередной знак.
Все что ты узнала Вероника, это только то, что ты ничего не знаешь.
- Мне пора, - разочарование ядом разливается по телу, отравляя мой голос, жесты, каждый шаг.
- Я сам все найду, - тащится за мной Димка, - провожу тебя, пополнюсь и вернусь. Не переживай, а?! У тебя я…есть… теперь.
Обещает утром позвонить, если нароет что интересное.
23 июня 2002 год.
Если постоянно ждать предательства, наверно, оно все же случится. Главное быть готовым.
Конечно же я не выспалась. Проваливалась в кратковременный сон, вскакивала, вертелась с бока на бок и лишь под утро впала в недолгое забвение.
Вчера ночью, плохо сдерживаясь, мама отчитала меня за позднее возвращение, так как ей звонил Алекс и спрашивал соблюдаю ли я режим. Она никогда не думала, что ей придется краснеть за меня. А он – такой чудесный ответственный мальчик.
Знать бы что скрывается за этой чудесностью.
В итоге, мне снилось как мама и Алекс, сговорившись, подкупили весь судейский совет, потому что Ника же сама ни на что не способна, ничего не сможет. Но все вскрывается, под всеобщее возмущение, порицание и смех у меня отбирают незаслуженное золото и выгоняют с позором с паркета.
Под визгливое хихиканье будильника просыпаюсь в холодном поту.
Пару минут не могу поднять тяжелую голову с подушки.
Похожая история была в школе.
Экзамен по литературе. Мой любимый предмет, я просила маму не вмешиваться так как сама подготовлюсь к нему. Люблю литературу и книги. Хоть у меня и не много времени, но почитываю школьные тексты в паузах между репетициями, когда нужно отдохнуть.
Я знаю билет и с удовольствием заполняю листок ответа.
Елена Николаевна наша классная руководительница, милейшая женщина смотрит на меня из-под стекол странных очков и, то ли встревоженно, то ли ободряюще кивает.
-Загорская, тебе понятен билет?
- Да, Елен Николаевна.
- Точно?
Ее похоже не убеждает мой уверенный тон.
Она кружит вокруг меня. Еще бы, мама ее подруга. По крайней мере она так считает, глядя на дорогие подарки что получает от моей родительницы. -Возьми другой билет, Ника? - склоняется надо мной словно проверяя мои записи и шепчет, окутывая удушающим облаком духов.
- Если списала, результат может быть не очень приятный, а нам ведь этого не надо.
- Но… я не списывала.
Раздумываю, теряя драгоценное время.
Начинаю сомневаться в себе и звучать уже не так уверенно, может я отвечаю неверно, и Николаевна увидела это.
Я много что читала, и теоретически смогу ответить, на большинство билетов, но времени уже вполовину меньше, не сделаю ли я хуже.
- Елена Николаевна, я… наверно…
- Давай, давай Ника, или не читала? – щурит подслеповатые глазки учительница и ставит меня в ситуацию без выбора.
- Хорошо, - смиренно беру билет и не успеваю ответить на него в полной мере.
Потом слышу от мамы, как я подвела ее, ведь она понадеялась, что хоть в этот раз я справлюсь без нее, но в итоге все-таки пришлось договориться с Николаевной, чтобы не портить оценку по литературе.
С гадким ощущением и настроением собираюсь и являюсь на чемпионат.
- И… что ты творишь? – хватает меня за локоть Алекс и прижимает к стене, пока не видит мама.
- А ты что творишь? – хочется мне спросить, но я почему-то молчу.
- Я просил тебя лечь пораньше. Я просил тебя отдохнуть и быть вовремя, в отличном настроение, - поддевает пальцами мой подбородок и разглядывает лицо уже покрытое макияжем, - что с тобой? Где была вчера?
- Гуляла, - шепчу, - чтоб лучше уснуть.
- Как вижу, не помогло, - он закатывает глаза и отталкивается от стены. Поднимает руки, наверно намереваясь взъерошить волосы, но они уже уложены в прическу. Рыкнув, пинает чьи–то вещи в объемной сумке неподалеку.