Боже мой, финал!
Я могла бы торжествовать.
- Я хочу свое желание авансом, - мы заново перевязываем руку Алекса, и я склоняюсь над ним.
Он поднимает на меня нечитаемый взгляд и мой пыл немного убывает.
- Мне нужно найти маму или ты сам расскажешь мне, что вы скрываете.
- Вы?
- Ты и она. Возможно еще Светка. Может и господин Ковальский? Гайдукян? Может здесь все купленные? А что? Ты ведь можешь себе это позволить?
- Уверена, что сейчас самое время?
- Абсолютно, - нахожу на скамье свои бумаги и тычу в них пальцем, - мы всё узнали с Димой, но я никак не могу сложить этот пазл. Твоя одержимость мной пугает. А неизвестность и домыслы убивают доверие, не понимаешь?! - обхватываю себя руками, пытаясь спрятаться в этом импровизированном коконе, - Ты же обещал мне желание, без которого я не могу дышать. Так вот, оно совсем простое, но я хочу его прямо сейчас. Авансом. Просто расскажи мне правду. Пожалуйста, Алекс. Даже если ты ничего не задумал, но ведь ты явно что-то знаешь. Все эти совпадения не просто случайности, ведь так?
Он поднимает лицо к потолку, закусывая уголок губ, и шумно втягивая воздух, что значит – раздумывает.
Ободренная, я продолжаю то ли умолять, то ли убеждать его.
- Это просто какое-то везение, что нам удалось преодолеть полуфинал. Я сделала как минимум три ошибки. Твоя рана. Еще это столкновение. Если в толпе это как-то смазалось, то сейчас мы будем на паркете одни. Нужна предельная концентрация. Пожалуйста, скажи, что я хочу знать и покончим с этим.
Упрашивая, я подхожу к нему слишком близко. Его пальцы хватают и грубо сжимают мой подбородок, а глаза, сверкнув как два стальных лезвия в темноте, впиваются в мое лицо, - Вот зачем, объясни зачем, ты суешь свой маленький глупый нос куда не следует. Все ведь было так хорошо. Мы с тобой славно ладили. Но нет, тебе обязательно надо все портить?
- Ради бога, Алекс, - мычу ему в руку, но продолжаю упираться, - Баршай бывший мамин партнер, а затем они расстались, и он продолжил в Америке. Ты тоже приехал оттуда. И вы знакомы. Совпадение? Что это значит?
Мы оба напряженно дышим. Нас ломает.
- Значит только то, что у них была любовная связь, окончившаяся разрывом, за семь с половиной месяцев до твоего рождения. Если внимательно читала, могла это заметить. Он выбрал карьеру и с тех пор был прекрасным танцором, никогда не смешивающим дело и личную жизнь. То есть никогда… после того как расстался с твоей матерью. Вот так вот, мелкая. Ты действительно хотела это услышать перед финалом?
То есть мама забрала его сердце, а он оставил ей…
- Боже, ты хочешь сказать, что…?
Он больше не держит меня, и я оседаю на пол как тряпичная кукла.
- Спросишь у своей матери, или же выводы делай сама.
Прекрасно.
- А ты? - голос становится хриплым, чужим и не слушается, - Где в этой истории ты? Ты ведь не случайно здесь появился? Так не бывает.
- Меня в ней нет! Баршай учился и работал в Америке какое-то время, там и познакомились, не то чтобы сильно, так виделись пару раз.
Идем к выходу на паркет. Сердце стучит через раз, как будто остановится в любую минуту.
Тук. Тук.
И я почему-то чувствую, что это будет мой последний танец, хотя решение еще не оформилось в моей голове. Но она становится удивительно легкой, словно в ней провели генеральную уборку и открыли все окна.
Этот день завтра будет лишь воспоминанием.
Завтра все начнется с начала.
Завтра уже никогда не будет как сегодня.
Что-то странное происходит внутри, но я еще не могу понять, что? Оно затрагивает глубинные нюансы души, пронизывает до мозга костей, пробирается в самые дальние уголки сознания.
- Как звали твоего тренера, - тихо спрашиваю у Алекса.
- Зачем это?
- Как его звали? Хочу знать, кто воспитал такого профессионала. Даже если сегодняшнее общество не услышит его имени, хоть я, позволь, буду знать кого благодарить если победим.
Он скептически оценивает мою искренность, но отвечает.
-Джошуа Айсвендил.
Наш танец – визитка. Парное соло. То есть на паркете никого кроме нас.
Прожектора и внимание всех прикованы к нашим застывшим в центре поля фигурам.
Если постоянно ждать предательства, оно обязательно случится, но больно все равно будет так, словно ты никогда и не был к этому готов.
Я не понимаю. Я кажется начинаю понимать.
Он мог соврать, придумать что-то правдоподобное, ему бы не составило никакого труда. Но он предпочел сказать.
Потому-что надо победить!
Победить не только на сегодняшнем чемпионате. Ему всегда и везде надо быть лучшим.
А я… автомат которым он вооружился, придя на поле боя. Ведущий музыкальный инструмент в его оркестре. И теперь я буду звучать особенно надрывно и звонко.