Он быстро купил все необходимое – включая йогурты четырех разных сортов, потому что "цони" здесь, разумеется, не было – даже бутылку дорого марочного бренди "Арташат" присовокупил, и вышел на улицу как раз в тот момент, когда, опасно маневрируя, под оживленную перекличку клаксонов мимо проехал давешний внедорожник. Впрочем, возможно, это была совсем другая машина? Ответить на этот вопрос однозначно, Караваев не мог. Никаких специальных примет на том автомобиле не было, но чувство опасности обычно его не подводило, а оно сыграло "тревогу" сразу, как только Илья увидел этот темно-синий Дончак. Однако увидел Караваев не одну только машину потенциальных своих врагов. Взгляд его скользнул по двигающимся мимо него автомобилям, остановился на мгновение на стареньком пепельного цвета Нево, который совершенно по хамски подрезал внедорожник, пошел было дальше и тут же рефлекторно – раньше чем подключилось сознание – рванул назад. Но машинка за это время продвинулась чуть вперед, и Караваев увидел только профиль водителя, да и тот почти сразу сменился на затылок, чтобы еще через мгновение исчезнуть из виду вовсе.
"Померещилось? – спросил он сам себя, впрочем, больше для проформы, чем по необходимости. – Просто похожий человек?"
Но Илья был уверен, что не померещилось. Зрительная память у него была на редкость хорошая, просто уникальная, ну а в этом конкретном случае он и обычной бы вполне обошелся.
"Он?"
Караваев вернулся домой так быстро, как только мог, сгрузил покупки на кухонный стол и, не задерживаясь, бросился в гостиную, где на журнальном столике лежала, замеченная им еще прошлым вечером, городская телефонная книга.
5.Петров,Русский каганат, 17-18сентября 1991года.
"Гости" пришли в начале одиннадцатого.
Илья и Зоя сидели в гостиной и разговаривали "ни о чем". Как-то так вышло, что поговорить, нормально за весь день у них не получилось. Все время находились какие-то дела, или что-то отвлекало. Да и Вероника, оказавшись в совершенно новом для нее месте, в чужой стране, где никто не говорил на понятном ей "американа", в компании все время нервничающей мамы и "нового" незнакомого папы, капризничала и ни в какую не желала оставаться одна, ни чтобы поспать "после обеда", ни чтобы посмотреть мультики или поиграть в свои куклы, которых у нее был целый чемодан. Так что им с Зоей оставалось только взглядами обмениваться. Однако и теперь, когда наступил вечер, и Вероника, уставшая до чертиков после зоопарка, кондитерской, кино, еще одной кондитерской и долгой прогулки по Гостиному Двору, легла, наконец, в постель и мгновенно, едва, кажется, коснувшись головой подушки, уснула, разговор у них все равно не клеился. Честно говоря, Илья и сам не знал, зачем нужен, этот долбаный, разговор, и о чем, собственно, они должны теперь говорить. О любви, что ли? Но, по-видимому, и Зоя, которая сама же, вроде бы, и хотела объясниться, тоже не знала сейчас, что и как ему сказать. Вот и бродили вокруг да около, и Караваев надеялся только, что небольшая порция хорошего армянского коньяка снимет, в конце концов, Зоино напряжение, и она или разговорится, в конце концов, или, напротив, передумает, но перестанет нервничать, и, может быть, сегодня у них получится "не так нервно" и грубо, как вышло вчера, хотя видит бог, пенять там было на самом деле не на что. И тут пришли "гости".
Замки они открыли на удивление тихо, так что Илья их даже не услышал – бормотание телевизора заглушило – но все же движение в коридоре уловил. Однако времени ни на что уже не оставалось, и единственное, что он успел сделать, это быстро сжать руку Зои, одновременно показывая глазами на дверь, и прикладывая палец к губам. Трудно сказать, поняла ли она его, но и то дело, что не вскочила, не закричала, не стала задавать дурацкие вопросы. А в следующее мгновение дверь в гостиную отворилась, и в нее быстро и почти бесшумно проникли несколько человек, стремительно и очень по-деловому распределившихся затем в пространстве комнаты так, чтобы отрезать сидящих за столом Зою и Илью и от дверей, и от окон.
– Добрый вечер, госпожа Караваева, – сказал, входя вслед за своими людьми, высокий молодой мужчина. – Извините, что нарушил ваш семейный покой.
Он был отменно хорош собой, этот незнакомый Илье, но, кажется, хорошо известный Зое, мужчина. Чуть смуглый, темноволосый, но все-таки скорее европеец, хотя и выраженного средиземноморского типа. И одет он был тоже по-европейски, и по-французски говорил, как житель метрополии, а не на одном из многочисленных американских или африканских диалектов.
"Не дилетанты, – отметил про себя Караваев, изображая лицом полное остолбенение, готовое вот-вот перейти в истерику. – Но и не профессионалы… Бандиты?"
– Я… – Зоя при виде "красавчика" побледнела, как полотно, и, вскочив на ноги, инстинктивно попятилась, но за спиной у нее оказался стол, и дальше отступать, таким образом, ей было просто некуда. Да и куда бы она теперь делась, даже не окажись здесь этого стола?
"Разве что, в окно", – судя по всему, "Бюро услуг" прокололось по-крупному. Они обязаны были проверить прошлое Зои самым решительным образом, но они этого не сделали. Почему?
"Сукины дети!" – но мысль эта прошла по самому краю сознания и исчезла в колодце памяти. До лучших времен.
– Что ты? – спросил "красавец", удивленно поднимая брови. – Ты что же думала, от нас так просто убежать?
– Простите?! – наконец, "ожил" Илья и встал со стула, опершись на его спинку рукой. Поза его должна была успокоить "гостей". Опасные люди так не говорят и так не встают. И стоят, оказавшись на ногах, не так. – Кто вы такие?! Что здесь происходит?! Я вызову полицию!
– Ты сядешь и заткнешься, – не хорошо улыбнулся "красавец", переводя взгляд своих карих чуть на выкате глаз на Караваева. – А не то, я отрежу тебе яйца.
"Нет, – окончательно убедился Илья, уловив улыбки на губах "гостей". – Не профессионалы, бандиты".
– Что? – голос его, разумеется, сорвался, и Караваев дал петуха.
Стоявший за его спиной бандит, даже не пытаясь сдержаться, громко захохотал.
– Я… – повторила между тем Зоя, но фразу не закончила. Судя по всему, ей просто нечего было сказать.
– Обоссалась сука? – довольно улыбнулся "красавец". – И правильно. Променять Князя на это чмо? На что, интересно, ты надеялась?
– Кто вы такие? – "выпадать в осадок" было еще рано. Нормальный мужик, а он, Караваев, был именно что нормальным мужиком, должен был еще немного "похорохориться". – Зоя, что здесь происходит? Кто эти люди?
– Молчи, мудак, – сказал тот, что стоял справа у двери, ведущей в спальню. – Тебе же сказано, молчать! Мы с тобой потом разберемся.
– Он здесь ни при чем! – это была первая осмысленная фраза, которую смогла произнести Зоя.
"Молодец, девочка", – отметил Илья, старательно тараща глаза и "в растерянности", крутя головой. Жалел он только о том, что никак не может вспотеть. Запах пота ему бы сейчас совсем не помешал.
– Оставь его, Поль! – между тем сказала Зоя. – Он все равно ничего не знает…
– Зато теперь узнает, – снова улыбнулся "красавец" и, повернувшись к Илье, заговорщитски ему подмигнул. – Хороша телка, приятель?
– Я… – теперь нечего сказать было ему. – Я…
– Ты, – согласно кивнул Поль. – Ты посмел трахать женщину Князя, приятель, а Князь, знаешь ли, это такой человек, что на него даже посмотреть косо, и то может плохо кончиться… Но тебе хоть понравилось? Ну!
– Что? – промямлил Илья, наконец, покрываясь потом.
– Трахать тебе ее понравилось? – все тем же любезным тоном спросил "красавчик". – Ты не молчи, друг! Я же у тебя, считай, совета спрашиваю. В какой позе порекомендуешь ее отодрать?