– К завтрашнему утру уже у каких-то продуктов истечёт срок годности, и так будет ежедневно. Потому прошу отслеживать даты изготовления. Не лениться, ведь даже пакет молока – это неплохое подкрепление для голодного организма. И также следите, чтобы другие продукты не протухли. На улице июнь – жара, и насколько я помню, спадать не собирается. Даже Москва-река тёплая, и там хранить нельзя.
– У нас есть резервные генераторы, но их хватит на неделю не больше. А если приедут новые фуры с продуктами, то и того меньше, – серьёзно сказал один из администраторов, сверяясь с данными в компьютере.
– Тогда надо распределить продукты так, чтобы съедать сначала то, что скорее испортится. И пожалуйста, поставьте охрану к холодильным камерам.
Примерно такие же манипуляции были проделаны и с третьим торговым центром, который также располагался метрах в ста от двух соседствующих между собой центров, но через дорогу, собственно они стояли друг напротив друга и составляли треугольник, в котором вершина в виде одного торгового центра была отделена дорогой. Были и много мелких распоряжений, например, Антон приказал убрать весь алкоголь в подвал и запереть, ключи взял себе, включая дубликаты; освещение полностью выключили – день на улице; из магазинов типа рыболов-охотник всё снаряжение и особенно одежду также снесли в отдельную комнату в подвале и заперли; товары из отделов с часами, батарейками и мобильными постигла та же участь; особую комнату отвели под ходовые товары, предназначенные для ремонта; и особенно припрятали всё, что могло послужить оружием – кухонные ножи, топорики для рубки мяса, садовый инвентарь и прочее. Но некоторые группы товаров не тронули: например, магазины бижутерии, косметики и парфюма, модной одежды – словом, всё, что доставляло удовольствие в прежней жизни, в которой, если и приходилось выживать, то не такой ценой.
После всего Антон решил побродить по центру: осмотреться, наметить боевые точки и точки охраны, ведь Вартану надо сразу дать весь расклад, иначе не поймёт и откажется сотрудничать; заодно найти Машу, у которой к тому времени покупки не вмещались в большую продуктовую тележку.
Антон не стал возмущаться по поводу приобретений Маши. Какой смысл? Если то, что находится в центре, принадлежало ему, и без всяких денег. Но и объяснять это Маше он не стал: пусть человек радуется. Много ли хорошего их ждёт впереди?
– А где мы будем жить? – спросила Маша, как только они встретились с Антоном, – надо ж это всё куда-то сложить, – она с довольным видом кивнула на тележку.
Антон на мгновение растерялся, ведь об этом он и не подумал. Сам бы переночевал на любом из расставленных по торговым залам пуфиках, да и в подсобках бутиков, явно есть место, где прилечь. Но ведь у него теперь есть женщина, а ей нужен дом. До таких серьёзных отношений с девушками он ни разу в жизни не доходил, потому задумался.
– Скорее всего, в цокольном этаже, – сказал он, заботясь об общей безопасности.
Девушка не обрадовалась, она хотела, конечно же, получить место на верхнем этаже, где были панорамные окна с видом на набережную Москва-реки, но тут же исправила свою кислую мину, на благодарную улыбку. Маша училась жить в новых условиях.
Они выбрали просторное помещение с небольшой нишей, в которой решено было сделать спальню, к тому же рядом обнаружили туалет, что тоже немаловажно для комфортной жизни.
– Маш, делаем так: я занимаюсь своими делами, а ты идёшь выбирать нам кровать. В здании есть мебельный салон, я распоряжусь, чтобы они доставили всё вниз, установили и прочее, также в отделе сантехники обязательно выбери душевую кабину, проси самую дорогую и пусть они её поставят рядом со спальней, если нужно зонируй шторами, но, чтобы можно было помыться, не выходя из комнаты, – он посмотрел на восторженное лицо Маши и добавил, – я смотрю ты сама разберёшься.
– Спасибо, дорогой, – и Маша поцеловала его в щёку. Антон ещё с минуту стоял в недоумении, из которого его вывел один из охранников, сказав, что его спрашивают наверху.
Приехал Вартан. На парковке стояли четыре фуры.