– Ого, живая, – осклабился Оля и повернулся к начальнику.
– Ничего весёлого, – со вздохом сказал Антон и уже по привычке при опасности на всякий случай вытащил пистолет, – давай ещё раз палкой ткни, а я пока засниму, – добавил он, включая камеру.
Оля с энтузиазмом поднял другую ветку и направился к тени. Та, в свою очередь немного отступила, и выглядела так, как будто прошло уже больше часа, и Земля в естественном своём круговороте передвинулась относительно Солнца. Тёмное пятно изобразило всё тот же силуэт горки, но немного в другой интерпретации.
– Вот дура, – забавлялся Оля, всё ближе напирая на тень. Палка вновь отскочила, и на этот раз с большей силой, так как руку Оли даже отбросило назад.
– Стой, тут всё ясно! – предостерёг Антон, – отойди.
Оля послушался, Антон же прицелился в самый сгусток тени, где она была иссиня-чёрной, и выстрелил. Пуля пролетела сквозь, как если бы это была обычная тень, но возникла новая странность: звук хлопка словно обрезали – то есть в тот момент, когда пуля достигла тени, стало тихо, опять невыносимо тихо, как и раньше. Если шум начала выстрела отчётливо пронзил окрестности, то потом всё резко смокло. Даже Оле, который ещё не совсем свыкся с время от времени звучащими в районе выстрелами, показалось это странным. Мужчины вновь переглянулись.
– Давай я её нормально успокою, – сказал Оля, снимая с плеча автомат.
Очевидно, угроза со стороны мужчин нарастала, и тень собралась в маленькое непросветное пятно, и когда оно попало ровно в прорезь для прицеливания на автомате и совпало с мушкой на стволе, то Оля увидел на тёмном фоне разноцветные переливы подобно растекшемуся бензину в грязной луже.
– Лучше не надо, – сказал Антон и резко рукой опустил дуло автомата Оли, – в конце концов, это не наше дело. У нас есть свои задачи. Пусть Василий разбирается. Материалы мы ему предоставим, да расскажем, что да как за бутылочкой пивка, – он подмигнул собутыльнику, который аж просиял от такого предложения. То была великая честь: получить такую привилегию – распитие алкоголя, который был под строжайшим запретом. А тут ещё и сам глава предлагает. Вообще, по новым правилам для того, чтобы выпить, нужно было получать специальное разрешение, и даже неважно, пусть ты лично этот алкоголь завоевал в бою, без специальной операции по его захвату, а бонусом вынес из-под огня противника – всё равно нельзя. Пьяных, без соответствующих разрешений, выгоняли из команды. А это верная смерть. Одиночки уже давно считались самоубийцами. Антон сдержал своё слово и в этом вопросе: запрет употребления алкоголя стал строжайшем табу в их новом обществе. То же, к слову сказать, касалось и наркотиков, и других одурманивающих мозг веществ.
Обратно шли с тяжёлыми сердцами, Олю даже не веселила предстоящая выпивка.
На сон оставалось несколько часов, чем они и воспользовались.
На очередном заседании штаба, кроме прочих бытовых вопросов, должны были обсудить важную и буквально животрепещущую тему – нормы и правила сексуальных отношений в точке А.
С насущного вопроса Антон и начал:
– Здравствуйте, друзья. Хочу, так сказать, обсудить межполовые отношения, – друзья переглянулись, все уже привыкли, что Антон начинал с главного, потому такая тема и вызвала удивление. Им, каждому на своём месте, и не видящим картины в целом, было незаметно, то разрушающее действие, которое несло распутство; и конечно все взоры устремились на молодую девушку – впервые присутствующую на заседании штаба – Киру, которая всем своим видом показывала недоумение по поводу своего здесь нахождения.
Стоит отметить, как только Кира вошла в комнату, Вартан, Фил и Василий на минуту или даже дольше забыли обо всём – они пожирали гостью глазами. Такому вниманию очень способствовала не только фигура, с наличием все того, что взгляд мужчины может приковать не то, что на минуты, но и года, но и её одежда не мало этому способствующая: короткое платье крепко обтягивало пропорциональную фигуру, на которой явно выделялась тугая объёмная грудь, и хотя длинные, чуть волнистые белые волосы с прямым пробором по середине головы, отчасти скрадывали объём бюста, общее впечатление было не скрыть. Вартан, суровый боец, даже отвёл глаза, когда встретил прямой с искрой взгляд Киры. Когда она вошла, то так недвусмысленно подмигнула Оле и широко улыбнулась пухлыми губами, густо накрашенными малиновой помадой, что мужчина даже заёрзал на стуле и уткнулся в телефон, на котором он читал свой текст доклада о столкновении с тенью. Но с первыми словами Антона, для мужчин всё встало на свои места.