Василий же сидел довольный, он с гордостью смотрел на Изю и на Антона, всем своим видом показывая, мол, зря ты, начальник беспокоишься, случайных людей к лабораторию я не допускаю. И на радостях они с Изей выпили на брудершафт и поцеловались взасос. Оля так и застыл с бокалом пива в руке, сухо сглотнул, перевёл взгляд на напиток и жадно опустошил ёмкость, погладывая сквозь тонкое стекло на парочку напротив.
– Приехали! – сказал Антон и ударил по столу, чтобы парни отстали друг от друга, но это не помогло, тогда взял сигарету, закурил и вышел.
В коридоре было сухо и ветрено. «Надо бы сделать в воротах калитку, иначе столько тепла зря уходит», – подумал Антон уже с привычной хозяйственной смекалкой, но скривился. Докурив, выбросил мелкие мысли из головы, в которой немного шумело от выпитого, и пошёл по длинному коридору, а вскоре с игривой улыбкой открыл дверь в свои апартаменты.
– Ну, наконец-то. Есть будешь, – Маша стояла посередине комнаты в сиреневом по-летнему коротком платье, светлые волосы убраны в причёску, на шее что-то поблёскивало.
Антон подошёл и обнял её. Поцеловал. И вспомнил про недавнюю сцену. Рассказал Маше, та долго смеялась, просила изобразить, как именно Василий целовал своего друга. Антон говорил «фу», уверял, что и не так может и прочее, прочее. Потом вспомнил, что давно хотел сделать Маше подарок и теперь, наверное, самый подходящий момент.
Они вышли на улицу и, пройдя с ручным фонариком к другому зданию, вошли внутрь. Во всё время их пути, охрана неожиданно вскакивала по углам, как лягушки вдруг выпрыгивают из-под ног, если идти вдоль болота, но в отличие от земноводных, бойцы, узнав начальника – вытягивались в струну и здоровались.
В здании Антон провёл Машу в подвал, где они ещё прошли несколько метров, нашли нужную дверь, которую он открыл ключом. Зашёл, уверенным движением включил свет и позвал Машу. Девушка вошла и засмеялась. Её взору предстал громаднейшие запасы косметики, кремов, шампуней и гелей, масок для лица, тела, кожи вокруг глаз и прочих мест, упаковки витаминов для ногтей и волос и многое другое из соответствующих отделов магазинов, также было ещё и то, что обычно дарят мужчины на 8-е марта, только если представить всех мужчин вполне себе крупного города с учётом, что они дарили бы подарки упаковками – объёмы запасов можно было назвать по истине промышленными.
– Чтобы сюрприз получился, свозили со всего юга и юго-запада Москвы под строжайшим секретом, – важно пояснил Антон, с гордостью смотря на Машу, лицо которой сияло от радостной неожиданности, что не могло не понравиться тому, кто всё это затеял. – Тебе на всю жизнь хватит, – чуть по инерции не добавил «ещё и детям с внуками останется», но вовремя осёкся.
– Спасибо, Антон, – Машу поразил не столько сами подарки, а именно сам масштаб содеянного, – мне бы лестницу, чтобы разобраться во всём этом. Большинство кремов и тому подобного придётся всё же раздать, у них, наверное, срок годности небольшой. Я придумаю, как это сделать, чтобы не просто дарить, а в качестве поощрения, – тут Маша замолчала, пытаясь разорвать упаковку на одной из коробок.
Антон подошёл. Вытащил нож и распорол картонный ящик.
– Осторожнее, – предостерегла Маша – там же колготки. Итальянские. Вот это уже хорошо, – глаза у Маши загорелись и она, забыв про всё, прошла осматривать груды коробок.
– Ох, ты даже и об этом побеспокоился, – послышался голос из-за кипы, полностью скрывавшую Машу. Антон смотреть не пошёл, он знал, что складывали в том углу.
– Да, только вот мне они в ближайшие месяцев девять не понадобятся.., – сказала Маша и внимательно-внимательно посмотрела на Антона из-за стеллажа.
Глава 9. Из библиотеки в лепрозорий
Утро началось как обычно: душ, секс, завтрак и вот уже Антон одним из первых ожидает коллег в комнате для заседаний.
– Не успел утихнуть один скандал с половой распущенностью в нашей команде, как разразился новый – ужасный по своей сути – насилие над детьми. В первый раз мы закрыли глаза на это, чтобы не разводить распри, да и надо признаться, что не готовы мы были к таким событиям, ни морально, ни организационно. Раньше казалось, что всё плохое случается с другими, и только для того, чтобы было из чего делать новости для телевидения и таблоидов, но в реальной жизни, с которой мы все, конечно же, не по своей воле, но столкнулись – дела обстоят иначе, – Антон говорил витиевато, ему с трудом давалась эта тема, – и только мы нашли хоть какое-то решение этой проблеме, – Антон сделал паузу, оглядел присутствующих и на повышенных тонах продолжил, – однозначно, расстреливать. Да, при наличии неопровержимых доказательств, но никакого суда и тем более оправдания ждать не стоит. Насильник должен быть уверен, что он уже труп и ни пощады, ни второго шанса не будет. Насколько я знаю, информацию о запрете насилия на нашей территории донесли до всех, а значит и новый порядок уже в действии. – Антон остановился, так как из-за крика, на который он всё-таки сорвался, надо было перевести дыхание, и, уже успокоившись, продолжил. – На волне против сексуального насилия поднимаются негативные настроения в отношении сексуальных меньшинств. Да, мы совсем забыли о них…