– Хорошо, госпожа. – Кивнула ей в ответ Хан Мей. – Полагаемся на вашу мудрость.
На следующее утро под командованием Горного Лорда генерала Бай Ци из военного штаба в сторону столицы выдвинулось войско, насчитывающее около десяти тысяч до зубов вооружённых солдат. Этот генерал посредством не одной войны был известен как один из самых жестоких и кровожадных полководцев. После того, как завершилась последняя война с варварами, ему некуда было выплеснуть свою силу и могущество, ведь счастлив он был лишь на поле боя, залитом горячей кровью противника. Сейчас, имея шанс вести своих солдат на битву против Императора, он ни капли не сомневался, доверяя юной деве свою судьбу и жизнь. Мысли о том, что он столько лет служил под началом не того человека жгли его голову словно раскалённые угли, заставляя глаза краснеть, а ярости в груди подниматься всё больше и больше, подгоняя резвого коня вперёд.
Кавалерия стройным рядом двигалась за своим генералом, каждый солдат был уверен в правильности своих действий – многие получили тела родственников, погибших с нашествием болезни, а кто-то был просто очень напуган последними новостями. Они ненавидели Императора и считали, что он с самого начала своего правления пошёл против звезды Тай Суй[1], подписывая реформы и создавая свод законов, вмешиваясь в дела торговых сообществ и назначая на высокие военные должности тех, кого сам считал должным, пренебрегая мнением остальных чиновников и военного совета. Императорскому двору давно было понятно, что новые реформы точно приведут к кровопролитию, при тотальных перестановках неизбежно придётся чем-то пожертвовать, при построении новой политики придётся добровольно сесть в котёл с кипятком, вырвав себе язык.
[1] Считается, что если человек пойдёт против воображаемой звезды Тай Суй, которая на карте якобы противоположна Юпитеру, то его постигнет множество бедствий и неудач.
Пехота хоть и имела в душе сомнения, не намеревалась отступать, следуя за конницей. Крепко сжимая в руках тяжёлое оружие никто не мог сказать сколько ему ещё удастся прожить. Они боялись встречи с императорской армией, но вспоминая слёзы жён и детей уверялись в правильности своих мыслей, да и кто в здравом уме предаст своего великого генерала?
Гонцы из дорожных постов, подчинявшиеся Горному Лорду генералу Ли Му, летели в императорский дворец с донесениями о восставшем гарнизоне словно мухи на свежий мёд. Линь Юншэн принимал каждое письмо, но даже не открывая их, незамедлительно отдавал приказы собравшимся вестовым, каждый из которых должен был уведомить о тактике тех, кто был верен короне. Так, главнокомандующий центральной армией, получив приказ двигаться в авангарде на артиллерийский строй восстания, немедленно привёл его в действие, не дав повстанцам подойти к столице слишком близко.
Гонец, отправленный к генералу Ли Му должен был сообщить о нападении и передать приказ о срочной эвакуации мирных жителей, находившихся в эпицентре столкновения. Чжэн Хэ, всё ещё находившийся во дворце близ своей приёмной дочери, получил приказ отправится на передовую и принять командование правым флангом, командир которого являлся чиновничьим сыном, трусливо и позорно сбежавшим в неизвестном направлении, как только в столицу пришли вести о восстании. Бай Вэньхуа отправился на поле боя самостоятельно, оставив своего ученика под крылом Линь Юншэна. Они заранее оговорили план действия при нападении на столицу. Первый советник выйдет из дворца тогда, когда это будет действительно необходимо, а если такое случится – то старейшина Шэньдоу заменит его и примет управление армией из тыла, исполняя в действие то, что некогда рассказал ему доверенный Императора. Фэн Ксу, пустыми глазами глядя на суматоху вокруг и вспоминая прошлое, которое повторялось с поразительно точными деталями, расположился в главном шатре, куда будут поступать раненые. В лекарских способностях ему и придворному лекарю Хуа То не было равных: учения заклинательства и прекрасное владение потоком внутренних сил имели свое действие, позволяя им залечивать чужие раны лучше многих старцев, изучающих врачевание долгие годы своей жизни.
Сюй Фенг должен был явиться в столицу как только справится с поставленной миссией. Выведя из стоя собранную армию в Циндао, он желал помешать повстанцам – когда их силы иссякнут, подкрепление не придёт и им придётся отступить. Только вот сам Император не знал, что на столицу будут направлены силы из западных провинций, ведь генерал Бай Ци всегда был предан правителю и своему государству, подозревать его в измене не было никакого смысла. Так думали все. Все, кроме Линь Юншэна, который знал, что реакция западного генерала на сведения о императорской семье будет очень бурной и смертоносной. Сейчас Горный Лорд был полон решимости перебить всех, кто верой и правдой служил Сюй Фенгу, свергнуть самого правителя и породить справедливость. О какой справедливости шла речь знали только повстанцы, сам же императорский двор справедливо полагал, что причиной восстания являлась возникшая болезнь, за короткое время убившая не одну сотню душ, в такие моменты разве могли простые люди быть уверены, что такая участь не настигнет их следующими на очереди? И винить в этом они могли только Императора.