Совершив блестящую диверсию, Император направился во дворец, по пути отправив Хуа То в шатёр Фэн Ксу, чтобы тот узнал какова обстановка на линии фронта и, если потребуется, помог с лечением раненых. О новостях в столице они узнали не так давно, когда уже возвращались из Циндао. Цветок Бай Вэньхуа рассказал о военном положении столицы, что заставило их значительно ускориться. Сюй Фенг долго думал как именно поступить: возвращаться сразу в столицу или уже на пути навредить противнику.
Распахнув двери в зал военного совета, Император оценил напряжённую обстановку, царившую внутри. Все присутствующие тут же повернулись на шум, распахнув от крайнего удивления глаза. Во дворце ходили пересуды, что молодой Император неизлечимо болен и прикован к постели, а сейчас он явился на собрание военного совета и мало того, что был совершенно здоров, так ещё и шёл твёрдым шагом, весь в пыли и явно лично побывавший на поле боя. Правитель прошествовал мимо кланяющихся чиновников и министров, направляясь прямо к своему первому советнику.
– Ты наконец вернулся. – Приоткрыл тот глаза, окинув вошедшего взглядом. Казалось, будто жнец все эти дни не сдвигался с места. Точно так же, подперев голову рукой, он сидел на одной из мягких кушеток на небольшом возвышении, будто постоянно дремал. – Выглядишь ужасно.
– Я повредил оружейную палатку в тылу повстанцев и запутал формирующийся строй в окрестностях Циндао. – Махнул Сюй Фенг рукой. – Где сяньси Бай Вэньхуа? Я отправил Хуа То к Фэн Ксу, не хочу, чтобы они пересеклись.
– Старейшина на передовой. – Хмыкнул Линь Юншэн.
На минуту в зале воцарилась полная тишина. Только снаружи слышались чьи-то приглушённые голоса. Император, сейчас не похожий сам на себя, внимательно посмотрел в глаза жнеца, который упрямо уставился в ответ. Никто из присутствующих не понимал, почему тихий разговор прервался, но ни один министр не был настолько смел, чтобы прервать эту загустевшую прямо в воздухе тишину, казалось, ещё чуть-чуть и её можно будет смело есть ложками.
– Он заплатил высокую цену, чтобы этого добиться. – Прочитал по губам Сюй Фенг.
Император слегка покачал головой, будто молчаливо осудив действия своего советника, а потом громко велел:
– Доложить о военной обстановке.
Тем временем в главном шатре Фэн Ксу с обеспокоенным видом осматривал раны солдата, который пострадал при столкновении пару дней назад. Сейчас его состояние улучшилось, но он до сих пор сильно хромал на правую ногу. Этот достопочтенный сказитель не был богом или чудотворцем, он сделал то, что мог, заверяя мужчину, который уже не первый день недоверчиво косился в его сторону, что спустя какое-то время тот сможет твёрдо стоять на двух ногах.
– Если не умрёт. – Послышался ироничный смешок со стороны входа.
Расслабленной походкой в шатёр вошёл Хуа То, насмешливо глядя на недовольного его шуткой солдата. Он уже успел помыться и переодеться в чистую одежду, перед тем, как направиться к своему старому другу, и теперь выглядел опрятно, будто бы и не лазил по земле два часа назад, устанавливая заклинания подрыва. Длинными пальцами перебирая ещё мокрые волосы, заплетённые для удобства в высокий хвост, он осмотрелся, подмечая простенькое убранство, состоящее из нескольких кушеток, двух столов и пары стульев. На одном из столов были разложены чистые медицинские предметы, в углу шатра ровными высокими стопками высились выстиранные ткани, а закрытые бочки с чистой водой стояли у стены. Придворный лекарь, довольно хмыкнув, сел рядом с застывшим в нерешительности Фэн Ксу.
– Тебе не стоит так шутить. – Прикрыл тот веки, возвращаясь к обработке ран. – Что ты здесь делаешь?