[7]产品 (chǎnpǐn) - товар
[8]Отсылка к реально существовавшему китайскому полководцу Ли Му – генералу Чжао в Период Сражающихся царств.
– Ты не знаешь, кто были те люди, что привезли тебя сюда? – Спросил Бай Вэньхуа, заранее зная ответ.
– Н-нет... – Печально опустил голову маленький дух, тяжело вздыхая. – Меня п-поймали и я потегял сошнание, а когда ошнулся, то уже б-был в этой клетке.
Спохватившись, заклинатель начал изучать клетку, чтобы освободить дитя леса, однако осмотрев её со всех сторон понял, что эта железная темница была не без сюрпризов. В ней просто не было двери и замка, которые могли бы открыться, она оказалась абсолютно цельной.
– Какое-то заклинание? – Спросил Фэн Ксу, внимательно наблюдая за движениями пальцев Старейшины, которые спешно скользили по гладкой поверхности металла.
Второй советник ничего не ответил, лишь слегка мотнул головой, из-за чего из аккуратно собранного пучка волос на голове выбилось несколько тонких тёмных нитей, которые тут же устремились коснуться его лица. В тот же миг комнату залило зеленоватое свечение, исходящее из рук Бай Вэньхуа, а когда через долю секунды свет рассеялся, клетка растворилась без следа, будто бы её и не существовало.
– Возможность так же быстротечна, как и время. У нас нет возможности медлить. – Заклинатель повернулся к застывшему на месте юноше, который нелепо мял в руках чёрное покрывало. – Нам нужно выдвигаться обратно и предоставить сведения Его Величеству. В столице я попытаюсь найти информацию о таких случаях болезни, а тебе стоит навестить Горного Лорда господина Ли Му.
Мальчишка, который мгновение назад стоял в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу, в это мгновение обрел ясный и чистый, словно цветущий зизифус в начале лета, взгляд. Им двоим редко выпадали случаи встретиться наедине и этого юношу больше всех знала госпожа Юй Ханг, общение с которой нравилось Фэн Ксу больше, чем разговоры с чопорным одиноким Старейшиной. Но в это мгновение Бай Вэньхуа заметил в его глазах холодность и отстраненность, полное понимание происходящего и принятие отданного заклинателем наказа. Лёгкое недовольство выбором Императора, которое он не осмеливался озвучить с того самого времени, как юноша стал советником при дворе, начало медленно рассеиваться. Нынешний Правитель Империи Чжунго никому не объяснял выбор своих советников, проводя церемонию назначения на должность и выдачи привилегий за закрытыми дверями. Старейшина Шэньдоу считал это мудрым решением, ведь никто не сможет повлиять на мнение Императора, подкупив приближенных к нему советников, не зная их личностей. Но тем не менее, увидев Фэн Ксу впервые, он невольно сравнил этого мальчишку с учениками своей школы, многие из которых имели довольно посредственные знания в этом возрасте, недостойные услужения в Павильоне Звёзд, но Старейшина не смел вмешиваться в дела Его Величества, зная, что за каждым его решением кроется своя первопричина. И взглянув на юношу сегодня, ещё раз удостоверился в этом.
Двое спутников задержались в деревне Имер ещё на пол часа, дотошно перепроверив каждый угол в радиусе трёх ли [9] и собрав все необходимые сведения для доклада Императору, коих оказалось до плачевного мало. Заклинатель отправил несколько яблоневых цветов в столицу с просьбой о захоронении тел и успокоении душ безвинно усопших, на что незамедлительно пришёл положительный ответ. Советники не сговариваясь забрали с собой труп девушки, в доме которой они нашли малютку барлоу для подробного анализа. После всей проделанной работы лесной дух, наконец надев на голову свою шляпу доули, удобно устроился на плече у Старейшины Шэньдоу, крепко держась ручками за ворот белых одеяний, чтобы ненароком не упасть.
[9]Мера длины. 1 ли = 0,5 км.
Горный Лорд господин Лянь По вдыхал ароматы воскуренных дорогих благовоний и наслаждался цветочным вином [10], вальяжно развалившись на кушетке из тёмно-красного сандалового дерева, усыпанной расшитыми шёлковыми подушками. Полное лицо военнослужащего было красным от выпитого алкоголя, а маленькие глазки неотрывно разглядывали певичку, что устроилась у него на коленях и напевала мелодию, отрывая виноград с грозди и поднося его ко рту мужчины. Вокруг него устроились три хрупкие и нежные, будто изваянные из фарфора, девицы, создававшие милую суету, сияющие улыбками на нарумяненных лицах. Одна из них играла на пипе [11], ласково перебирая струны тоненькими пальчиками, а вторая кружилась по комнате в незатейливом танце, позвякивая подаренными украшениями и образовывая яркий синий вихрь из невесомых одежд.