Микулин подождал несколько минут, собираясь с мыслями, и начал писать. Он писал о том, что время измеряется в часах, но что есть еще и другая мера времени — расстояние. Пешеход в час проходит пять верст, а всадник скачет втрое быстрее. На веслах или под парусом он перемещается по реке или по морю тоже медленно. Но вот человек изобрел паровоз и пароход, и течение времени ускорилось, за час он теперь может проехать шестьдесят верст и даже более. А рождение автомобиля и аэроплана? Для самолета в воздухе нет преград — под его крылом проплывают города, реки, моря, леса, горы. Он преодолевает время. И когда-нибудь помчится с головокружительной скоростью. И все это рождено человеческим гением, ибо ему, и только ему подвластна природа.
Сочинение Микулина было признано лучшим, и мама отправилась покупать ему студенческую форму. Когда в зеркале магазина Шура увидел свое отражение, он даже удивился. На него смотрел высокий стройный молодой человек в темно-синей диагоналевой тужурке с синими кантами и такими же петлицами. На плечах золотом горели контр-погоны с вензелями «АII» — что означало Александр II. Дело в том, что по давней традиции все политехнические институты России, в отличие от университетов, не назывались императорскими, а носили имена русских императоров. Киевский институт был имени Александра II. Синяя фуражка с черным бархатным околышем и со скрещенными инженерными молоточками дополняла наряд.
Улыбаясь и представляя себе, как удивятся знакомые барышни, Шура шаркнул ножкой и отвесил поклон своему отражению в зеркале.
Институт Шуре очень понравился. И в первую очередь потому, что в нем были превосходные мастерские. Литейная, кузница с небольшим паровым молотом, механический цех с токарными, сверлильными, строгальными и фрезерными станками. И что самое замечательное — все в твоем распоряжении. Никто тебя из мастерской не выгонит. Наоборот, тебя обязаны учить работать на всех станках. И Шура работал. За считанные месяцы он освоил и литье, и ковку, и все станки. Работал он буквально запоем.
Но однажды запой кончился. Как-то Микулин навестил Сикорского, который в ангаре на Куреневке закончил строительство своего самолета-биплана и уже начал делать на нем полеты. Шура время от времени по его просьбе осматривал мотор, на который он установил для страховки второе магнето.
Рабочие под командой Сикорского вытащили биплан, и Сикорский взлетел. Он готовился к Всероссийскому перелету военных самолетов. Победители перелета будут приглашены военным ведомством в качестве конструкторов. А Сикорский уже тогда рассказывал Микулину о своей мечте — построить многомоторный самолет-гигант.
Следя за самолетом в небе, Микулин вдруг с завистью подумал о Сикорском. Сколько лет прошло с тех пор, как они катались вместе в корзине? Всего три. Сикорский твердо решил построить самолет и научиться летать. И вот он летит. А он сам? Что он сделал? Конечно, будь у него такие деньги, как у Сикорского, он, быть может, даже два самолета построил. Но все-таки он должен что-то сделать. Например, построить свой мотор. Но какой? Ведь мотор не самоцель — он обязан что-то двигать. Автомобиль? Нет, денег не хватит. Мотовоз? Тоже. Моторный катер? Эврика! Ведь у него есть лодка на Днепре, на которой он летом гребет. Папа всячески поощрял занятия физкультурой и для этого купил ему лодку. Решено! Нужно строить легкий лодочный мотор. Конструкции Александра Микулина. В тот же день в библиотеке Микулин выписал все, что относилось к лодочным моторам и просматривал журналы и книги до позднего вечера, делая аккуратные выписки. Следующий день он провел за доской: он чертил разрез одноцилиндрового двигателя. Потом в мастерских отлил картер двигателя и головку. Сам выточил поршень. Отковал коленчатый вал. Отлить винт — уже трудностей не представляло. Но на все это ушло несколько месяцев.
По утрам Микулин мчался на лекции в институт, а потом, наскоро пообедав в дешевой студенческой столовке, спешил в подвал институтского здания, в мастерские, работать. Шура очень хотел к апрелю, когда Днепр вскроется ото льда, совершить первое путешествие на своей моторной лодке.
Игорь Сикорский победил на соревнованиях и уехал в Петербург строить большие самолеты. Время летело почти незаметно.
Проектируя мотор, Шура рассчитывал установить на нем карбюратор заводского изготовления. Но когда он отправился в магазин, где продавали моторы, то услышал от прилизанного приказчика:
— Карбюраторами в отдельности не торгуем-с. Только вместе с двигателем-с.
Микулин обегал все магазины, где торговали моторами — ответ один и тот же: карбюраторов нет. Написал письма в Москву и Петербург, в представительство фирм. Тоже отказ.