Громов молча наблюдал, как Алиса берёт пакетик с таблетками. Когда они вышли, он наклонился и тихо прошептал:
— Вам лучше отдохнуть сегодня.
Алиса застыла на месте, но он уже шёл прочь, бросив через плечо:
— И в 20:00 проверьте почту.
Дверь в тень
На следующий день Алиса едва могла сосредоточиться на парах. Лена заметила её состояние и на перемене прижала к стенке:
— Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик. Что случилось?
— Ничего, — буркнула Алиса, отводя взгляд.
— Не ври. Вчера Громов тебя куда-то увёл, а сегодня ты вся на нервах. Он что, тебе... — Лена сделала многозначительную паузу.
— Нет! — Алиса резко оборвала её. — Просто... личные дела.
Лена закатила глаза.
— Ладно, затворница. Но если что — я рядом.
После пар они вместе отправилась в библиотеку, чтобы найти хоть что-то о проекте "Левиафан". В старых газетах Алиса наткнулась на заметку о закрытии лаборатории в 1995 году — как раз в то время, когда была сделана фотография с Громовым и бабушкой. Причина закрытия — "несчастный случай".
Дождь за окном библиотеки стучал по подоконнику, словно пытался напомнить Алисе, что время не остановилось. Она закрыла папку с газетами, чувствуя, как тяжесть открытия давит на плечи. Все эти кусочки мозаики не складывались в целую картину, а лишь рождали новые вопросы.
Лена ждала её у выхода, ёрзая на месте.
— Ну что, нашла что-то? — спросила она, заглядывая Алисе в глаза.
— Пока ничего конкретного, — соврала Алиса, пряча дрожь в голосе.
Лена вздохнула и протянула ей бумажный стаканчик с кофе.
— Тогда давай передохнём. Семёныч сегодня зверствует, а после пар можно сходить в «Кальмар». Костя со Славой что-то раскопали про Громова.
Библиотека осталась позади, но тревожные мысли не отпускали Алису. Кофе в руке уже остыл, а дождь превратился в нудную морось, затягивающую город в серую пелену. Лена тащила её за рукав в сторону «Кальмара», болтая о чём-то бессвязном, но Алиса почти не слушала.
«Кальмар» встретил их привычным запахом пыли, пластика и перегретого железа. В углу, заваленном проводами, Костя и Слава сидели перед монитором, их лица освещались мерцанием экрана. Увидев Алису, Слава резко жестом подозвал её:
— Ты только посмотри, что мы откопали!
На экране — сканы старых военных документов с грифом «Секретно». Фотография молодого человека в форме, с холодными глазами и жёстким взглядом. Подпись: «Сержант Громов В.С., спецподразделение «Лотос», 1993 год».
— Это он, — прошептала Алиса, чувствуя, как сердце колотится в груди.
Костя нервно поправил очки:
— «Зенит» — это не просто военные. Это... элитное подразделение, которое занималось киберразведкой и... — он понизил голос, — психологическими операциями.
Слава щёлкнул мышью, открывая следующий документ — отчёт о закрытии проекта «Лотос-1»:
— Вот, смотри. 1995 год. Формально — расформирование из-за «реорганизации». Но если покопаться глубже... — он прокрутил страницу вниз, — здесь упоминается «инцидент с объектом Альфа».
— Что за инцидент? — Лена наклонилась ближе, забыв про кофе.
— Неизвестно. Файл повреждён, — пробормотал Костя. — Но дальше идёт список «выбывших из проекта». И среди них...
Он выделил строку:
«Громов В.С. — статус: нестабилен. Переведён на гражданский контроль.»
Алиса почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Гражданский контроль. То есть... его отпустили, но с условием?
Лена свистнула сквозь зубы, разглядывая документы.
— Значит, наш строгий преподаватель — бывший подопытный кролик секретного проекта? Пикантно.
— Это не шутки, — огрызнулся Слава, постукивая пальцем по экрану. — Если они его «контролируют», значит, он до сих пор на крючке у этих ублюдков.
Костя нервно сглотнул, поправляя очки:
— Э-э-э... Может, ну его? Это же государственная тайна. Нас запросто могут...
— Пришить? — Лена фыркнула. — Ой, да ладно. Ты же сам полез в эти файлы.
— Я думал, это просто база данных! — зашептал Костя, озираясь по сторонам.
Алиса молчала, впитывая каждое слово. Её пальцы сжали край стола так, что костяшки побелели.
— Вольская? — Слава нахмурился. — Ты вообще дышишь?
— Дышу, — она резко выдохнула. — Просто... теперь ясно, почему он предупреждал меня держаться подальше.
Лена подняла бровь:
— Ага, значит, вы с ним уже об этом говорили?
— Не совсем.
— О-о-о, — протянула Лена, скаля зубы. — Мило.