Купив в кондитерской по дороге к родителям торт, Светлана почувствовала себя полностью готовой к встрече с родственниками.
Ужин прошёл замечательно. Мама, как всегда, наготовила кучу вкусняшек. После был чай с тортом. За столом много разговаривали. Больше всех, естественно, было слышно младшую Субботину – Настю, но и мать не сильно от неё отставала. На Петра Субботина и на Свету был вывален ворох новостей про всю родню, ближнюю и дальнюю, про соседей, знакомых, друзей, родственников знакомых и друзей.
За чаем родители издалека начали неспешную беседу со старшей дочерью. Расспросили про работу, обязанности, размер зарплаты и плавно перешли к теме личной жизни.
– Пашка твой, бывший-то, больше не звонил? – поинтересовался отец.
– Нет, я же номер поменяла, – пожала плечами дочь.
– А на работе как, много людей, сотрудников то есть? Ты там за делами от парней прятаться ещё не начала? – включилась мама.
– На работе всё хорошо, – дежурно ответила Света. – Дел, правда, много, но я со всем справляюсь.
Парней хватает. Водителя вот с машиной выделили.
– Ценит тебя начальство, – довольно произнёс отец семейства.
– Ещё бы не ценить! – поддержала его мама. – Дочь у нас и умница, и красавица какая! Холостой, говоришь, директор твой?
– Мама! – возмутилась Светлана.
– Что мама? Что сразу мама? Сама говорила, что молодой он у тебя, перспективный, богатый. А если холостой, то ты того… смотри не зевай! А то вон сестрица твоя сохла втихую по своему Максику и молчала как рыба об лёд! А как созрела, так у неё из-под носа его и увели в один момент!
– Мама! – подала голос Настя.
– Не мамкай! А что, не так? Сама ж рассказывала, – пресекла несогласие Елена Субботина. – Сколько лет ты мне в уши жужжала? Максик то, Максик сё! И самый умный он у неё, и самый справедливый. И что? Слепой твой Максимка, как и все мужики! Вот и твой начальник, как его зовут хоть?… – снова переключилась мать на Светлану.
Елену Субботину прервал заигравший Моцарт. Светлана схватила телефон. На экране светилось «Шеф».
– Тише, мам. – И уже в трубку: – Да, шеф?… Да… Поняла, через полтора часа как штык.
Света положила трубку.
– Мам, пап, у меня есть ещё минут пятьдесят, от силы час. Давайте не будем обсуждать моё начальство, тем более вы о нём ничего не знаете. Сменим тему на другую, хорошо? – предложила она родителям…
– Отличная работа, Валера! Премия у тебя в кармане. Можешь идти, – удовлетворённо закивал головой Шахов и повернулся ко мне. – Все источники позволяют увидеть следующую картину нападения…
Новости меня очень сильно расстроили и оставили после себя мерзкий осадок. Меня атаковали именно Олафссоны. Точнее, один из нанятых ими отрядов наёмников. Небольшой, чуть больше усиленного взвода, но нам хватило.
Всё было очень просто и от этого ещё противнее. Один из Олафссонов, Хельги, какой-то там – юродный племянник главы клана, тридцатилетний бабник, мот и алкоголик, решил немного сэкономить себе на блек-джек и шл… э-э-э, в общем, на нужды. То есть когда ему поручили нанять бойцов для разовой операции в клановой войне, он решил поправить свои материальные дела за счёт средств, выделенных на найм из клановой казны. Нанял он не самых лучших боевиков, а разницу в стоимости наёмничьих услуг положил в свой постоянно пустующий карман.
Но этого ему показалось мало. С некоторыми отрядами он договорился на вообще мизерный гонорар, но с наводкой на потенциально богатые на наживу места атаки – точнее, разграбления. Самые жирные трофеи были, конечно, у верхушки клана Куркиных, и их никто бы не отдал наёмникам, но вот всякие клановые и приклановые объекты типа квартир и домов руководящего состава предприятий клана противников были брошены наёмному люду, как кость голодной собаке. Таких объектов было немного, и тогда этот ублюдочный Хельги Олафссон решил не мелочиться и в список вкусных для мародёрки адресов включил местный тотализатор, мясокомбинат и… мою новую фабрику!
Пословица «Война всё спишет» действительно работает. Под шумок клановых разборок со стрельбой, взрывами и пожарами наёмники быстро выпотрошили добро у тех, кто относился к клану проигравшего противника, и тех, кто вообще не имел никакого отношения к Куркиным. Вот и мою фабрику не просто сожгли, а сначала ограбили, а потом только подожгли. Продуманные боевики подогнали пару грузовиков к складу готовой продукции и заперли работниц в одном цеху. Разоружённые охранники были вынуждены под стволами автоматов работать грузчиками. Помимо них загружали машины ещё и три женщины, которым не повезло попасть под руку мародёрам. После завершения мародёрки и потрошения сейфа в бухгалтерии всех пятерых непрофильных грузчиков просто расстреляли, а затем подожгли здание фабрики с запертыми там людьми.