Четыре человека, каждого из которых я узнал совсем недавно, и, при этом, сблизился, как ни с кем другим. Я обвел взглядом поздоровавшихся со мной таких разных по возрасту моих… подчинённых? Работников? Скорее, ближников, людей близкого круга и улыбнулся им.
— Ну что, устроим мозговой штурм? Вводная: есть доступ к бездокументарным предъявительским ценным бумагам. Бывшие владельцы — представители также бывшего, простите за тавтологию, клана, которому ранее относился уважаемый Семен Ахрорович. Цель — сделать так, чтобы законным и единственным их владельцем стал небезызвестный вам Коршунов Максимилиан Алексеевич, пятнадцати лет от роду, то есть несовершеннолетний сирота, без опекунов и попечителей.
Через сорок минут бурного обсуждения вопроса Светлана высказала мысль о том, что по поводу подводных камней права собственности на такой крупный куш надо узнавать у специалистов, то есть предложила привлечь к обсуждению Дьяченко. Тень на это хмыкнул и сказал, что девушка пришла к правильному выводу, а мы должны были додуматься до этого раньше сами.
Мда… Не додумал я. Но это дело поправимое. Связавшись с Дьяченко-старшим по видеоконференции, в общих чертах обрисовали ему ситуацию вместе с нашим финансистом. Наш юрист сказал, что варианты есть, и их даже несколько, но надо покопаться в различных нормативно-правовых актах. На что мы облегчённо вздохнули и поменяли тему на более близкие для всех нас вопросы. Обсудили дальнейшие проблемы и перспективы объединения ЧВК "Легион" и "Эгиды", Ким завел песню о том, что нужно увеличить финансирование на структуры боевиков. Мол, ему по вкусной цене предложили пару броневиков, немного пользованых, но в очень хорошем состоянии, тут же подключился Шах, предлагая существенно увеличить штат оперативников и выделить в отдельный отдел зарождающуюся службу контрразведки. Назарова порадовала отчётом по постоянному росту активов "Джинн-С" и "Стрелы", у последней всё было намного скромнее по сравнению со швейной и обувной фабриками, но результаты однозначно радовали. Больше всех обрадовал Азимов. Получив от меня добро на доступ к свободным активам на сумму в тридцать миллионов рублей он с помощью каких-то брокеров, быстрых инвестиций и различных бирж, а также спекулятивных акций к концу этого года грозился превратить их в сорок, а в идеале в пятьдесят миллионов. Если честно, я не сильно понял, как он этого добьётся, но по лицам Кима и Шахова было видно, что для них это вообще какое-то секретное колдунство. Одна Светлана понимающе кивала или хмурилась во время краткого спитча казначея, явно прикидывая реальность его прогнозов. Ну да, у неё же опыт работы финансовым аналитиков имеется.
Выслушивая своих соратников и обдумывая сложившуюся ситуацию, я чувствовал, как настроение снова приходит в мажорный тон. А ведь не всё так плохо, как казалось.
* * *
Недорогой Клин с пикирующим коршуном на номерах остановился у ворот с таким же коршуном на них. Водитель нетерпеливо просигналил несколько раз и ворота безшумно стали раскрываться. Охранник из стеклянной будки перед входом ленивым взглядом проводил одинокого посетителя, сидящего за рулём, и снова уткнулся в экран смартфона.
У крыльца дома автомобиль остановился и из него выбрался брюнет с недовольным лицом и поджатыми губами. Андрей Коршунов собственной персоной решил навестить отца.
Блестя лаком туфель, он бодро взбежал по ступеням и, замедлившись, степенно открыл дверь. Да где опять этот дворецкий? Дворецкий встречал его в прихожей.
— Доброго дня, Андрей Артемьевич. — С лёгкой гундосостью произнес он, простыл что ли? — Ваш плащ, пожалуйста?
Андрей Коршунов одним движением скинул лёгкий короткий плащ светло-серого цвета на руки дворецкому.
— Где отец? — Требовательно спросил он.
— В столовой, Андрей Артемьевич. Прикажете накрыть для вас полдник? Может быть чай? Кофе?
— Кофе. — Отрывисто бросил Коршунов-младший. — И шоколадный десерт.
Он сам распахнул дверь в столовую и, увидев отца за столом, приблизился к нему.
— Андрей? — Недоуменно приподнял бровь Артём Коршунов.
— Здравствуй, отец. — Сын быстро приобнял за плечи сидящего отца, довольно громко отодвинуть стул от стола и уселся в него, нервно постукивая по столешнице.
— Что-то случилось? — Отодвигая в сторону приборы спросил Артём Геннадьевич, внимательно следя за лицом сына.
Тот нервно усмехнулся.
— Ещё как случилось. — Откинувшись на спинку стула он с успешной посмотрел на отца. — Помнишь Лешкиного ублюдка?
В ответ старший Коршунов сердито нахмурился.