― Ты только не волнуйся. Здесь есть замечательный выступ, всего три метра вниз, так что над пропастью тебе висеть не придётся.
― Успокоил, ― фыркнула Алиса.
― Так! Орлы! ― выкрикнул Павел. ― Это самые важные съёмки! Будьте добры, ничего не запорите.
Лина подошла к краю и посмотрела вниз. Да, выступ имелся, но вокруг него непроглядная бездна. Воронцовой вид совсем не понравился, и она испуганно попятилась, а Костя, как ни в чём не бывало забил два крюка в отвес скалы.
― А он выдержит? ― спросила Лина.
Костя выровнялся и усмехнулся.
― Он и слона выдержит, а ты... белка.
― Белка?
― Ну... по сравнению со слоном. Я тебе сейчас всё покажу.
Костя взял карабин с верёвкой и зацепил его на один из крюков, который был хорошо забит, потому что второй, как было задумано для съёмок, держался плохо. Он зацепил верёвку за своё снаряжение и ухватил её свободный край.
― Мы тебя спустим и поднимем на другой верёвке, а эту ты держишь за свободный конец, подтягиваешь и поднимаешься. ― Альпинист показал, как нужно будет действовать руками. ― Вот видишь? Только это будет в вертикальном положении.
― И над пропастью.
― Не над пропастью, а над выступом. Не бойся, там гулять можно. Мы тебя будем крепко держать, ты никуда не денешься, всё достаточно безопасно. Этот крюк, что рядом, это для сцены. Когда ты спустишься, я перецеплю карабин на тот крюк.
― Костя, я помню. Он должен вывалиться, а Макс и Денис меня спасать.
― Да. Потом мы снова перецепим верёвку на надёжный крюк.
Лина ещё раз подошла к обрыву, но страх никуда не хотел деваться, и женщина снова отскочила от пропасти.
― А, я понял, ― воскликнул альпинист, отстёгивая от себя верёвку. ―Ты боишься высоты.
― Такой ― боюсь.
― Сегодня тебе представилась возможность избавиться от этого страха.
― А я одно время занималась скалолазанием на тренажёрах, ― не удержалась, чтобы не похвастаться, Алиса.
― Сегодня тебе это не пригодится, ― бросила Лина.
Уже всё было готово для съёмок, Лина натянула шлем с камерой гоу-про, а на снаряжение Воронцовой прикрепили две верёвки.
― Я тебя держу, ― обратился Костя к Ангелине. ― Доверься мне.
Альпинист натянул страховочную верёвку, а Лина подошла к краю плато, нервно выдохнула, перекрестилась и, развернувшись спиной к бездне, сделала шаг назад. Воронцова медленно спускалась вниз, оператор снимал этот самый процесс, а Костя медленно отпускал верёвку. Он был полностью сосредоточен на Ангелине, а потому не заметил, как со спины подошла Женева и с криками «а-а-а! змея» толкнула его в плечо. От неожиданности Костя отшатнулся и ослабил верёвку. В тот же самый момент послышался крик, шорох камней и глухой стук.
― Чёрт! Алиса! ― вскрикнул Костя, понимая, что произошло непоправимое.
Он в один миг подскочил к краю и посмотрел на выступ. Лина лежала на камнях и стонала.
― Чёрт! Чёрт! Чёрт! ― снова выругался Костя и проверил крюки. ― Не может быть. Не может.
Он не понимал, как так случилось, что карабин Ангелины был застёгнут на ненадёжный крюк. Он всё проверил, ошибки быть не может. Это он мог сказать со стопроцентной уверенностью. Что ж, с этим можно разобраться позже, а сейчас нужно вытянуть бедную женщину. Костя сбегал за ещё одной верёвкой, прицепился карабином на крюк и осторожно спустился к Воронцовой.
― Лина! Лина! Это я виноват. Я уверял, что всё будет в порядке.
― Крюк оторвался, ― прохрипела Ангелина.
― Я понял, но он не должен был, не должен. Я всё проверил. Прости меня.
―Хватит извиняться. Вытащи меня отсюда.
Альпинист попробовал приподнять Воронцову, но та вскрикнула от боли.
― Что такое? ― поинтересовался Костя.
― Нога. Наверное, сломала.
― Ещё лучше, ― проворчал Альпинист. ― Но нужно потерпеть.