Глава 8
Прошла неделя после перелома, но боль почему-то не утихала, и Сергей вызвал врача на дом. Лина лежала на диване в квартире, а терапевт сел рядом на предложенный стул и участливо спросил:
― Так, на что жалуемся?
― Боль невыносимая, ― проныла Воронцова, ― я больше не могу.
― К сожалению, при переломах этого не избежать.
Врач достал из своего чемоданчика пластиковую баночку и подал Сергею.
― Это лучшее обезболивающее, но оно дорогое.
― Цена не имеет значения, ― уверил Воронцов и отдал врачу купюру. ― Этого хватит?
― Отлично, ― улыбнулся врач. ― Принимать строго через четыре часа не более чем по две таблетки. Не превышайте дозу.
― Спасибо, доктор.
― Выздоравливайте.
Сергей провёл врача до двери, а когда вернулся, дал Лине капсулу из баночки.
― Через десять минут должно помочь, ― вздохнул он.
― Угу, ―только и смогла выговорить Лина.
Так прошёл целый месяц. Лина с трудом передвигалась по квартире, и то после обезболивающего. Странно, но Сергей показал себя очень заботливым мужем, и ни разу не упрекнул в отсутствии ужина или неубранной квартире. Теперь он готовил сам.
И вот наконец гипс сняли, и Лина с облегчением вошла в квартиру без костылей.
― Наконец-то! ― воскликнула она, падая на диван.
― Как нога? ― спросил муж.
― Не понимаю. Врач говорит, что всё нормально срослось, а нога побаливает.
― Ничего, пройдёт. Ты отдыхай, а я съезжу в магазин за продуктами. В холодильнике почти ничего не осталось.
― Хорошо.
― Я быстро.
Как оказалось, это «быстро» сильно затянулось, и Лина стала переживать. Сергея действительно долго не было, и он не отвечал на звонок. Оператор в трубку ей вещал, что абонент вне зоны действия сети, а потому она тешила себя мыслью, что у мужа просто сел телефон.
В очередной раз не дозвонившись, Воронцова включила телевизор и попала на новости, в которых ведущая озвучила текст, который поверг Лину в шок.
― Сегодня днём на Западном мосту можно было наблюдать трагическое происшествие. В районе четырнадцати часов там произошло ДТП при странных обстоятельствах. Видеорегистратор, установленный в автомобиле, который ехал за пострадавшим авто, зафиксировал все события. Серебристая «Мазда» на высокой скорости неслась по мосту, затем затормозила и врезалась в отбойник. В салоне «Мазды» возник пожар. Спасатели прибыли на место происшествия через десять минут и смогли потушить огонь, но водитель авто сгорел заживо. Другие участники движения не пострадали. Предварительное заключение экспертов: неисправность электропроводки «Мазды».
― Нет, нет, ― не верила Ангелина, ― этого не может быть, не может.
* * *
Воронцова до самого вечера надеялась, что это какая-то ошибка, и Сергей вернётся домой, но чуда не случилось, и через несколько дней она стояла у могилы своего мужа. Как только гроб скрылся под шапкой земли, родители Воронцова обратились к своей невестке.
― Я думаю, будет уместным, ― сказала свекровь, ― если ты сразу после поминок вернёшься в свою квартиру.
― У меня хоть будет время на сбор вещей? ― раздражённо спросила Ангелина, ведь не обязательно об этом было просить прямо у могилы.
― Конечно. До завтрашнего утра.
Это было, конечно, грубо с их стороны, но вполне законно, квартира целиком и полностью принадлежала Сергею, поэтому на следующий день Ангелина собрала все вещи и на такси подъехала к подъезду, где находилась её «однушка», в которой женщина, к слову, ещё ни разу не была. Всё было некогда.
Увидев старый дом и страшный подъезд с облупленной деревянной дверью, Воронцова не просто удивилась, она впала в глубокий шок.
― Вот здесь ваша квартира? ― спросил не менее удивлённый таксист.
― Да вроде, ― пробормотала Лина, выходя из салона.
― Вам помочь с вещами?
― Если можно.
Таксист достал из багажника две сумки, Лина забрала третью, и они вошли в подъезд. Дверь в квартире номер «три» была не менее страшная. Лина дёрнула циферку, и та грустно закачалась на одном гвоздике. Женщина достала ключи и, на удивление, замок поддался. Она до конца надеялась, что ошиблась, но увы. Внутри квартиры не было даже следа ремонта, как вливал ей в уши покойный муж. Заявляют, что о покойниках нельзя говорить плохо, но в мыслях Ангелины всплывали сплошные маты.