На полу валялся какой-то картон, битое стекло от бутылок, старые газеты. В кухне стоял старющий стол и покосившаяся табуретка, а в единственной комнате ободранный диван в пятнах, у окна дубовый облупленный стол и возле стола что-то похожее на кресло.
― Не верю глазам, ― прохрипела Лина. ― Это какая-то ошибка.
― Вы же видели, что покупали, ― пожал плечами таксист.
― Не видела. Квартиру покупал мой муж.
― Вот и скажете своему мужу большое спасибо.
― Не скажу. Он погиб.
― Ой, простите. Вы остаётесь, или отвезти вас в другое место?
― Остаюсь. Спасибо.
Таксист понимающе кивнул и вышел из квартиры.
Лина упала на диван и ещё раз осмотрела всю эту красоту. Ладно, ремонт можно постепенно сделать, но хоть немного мебели нужно купить. Ходить по магазинам она точно не сможет со своей ногой, а вот заказать на дом ― запросто. Воронцова поставила ноутбук на стол, подключила его к мобильному интернету и нашла подходящий диванчик и новый кухонный гарнитур. Благо, деньги есть, совсем недавно продали тёткину квартиру, нашёлся покупатель. Лина вошла в интернет-банкинг, чтобы оплатить залог, и обомлела. Денег не было. Совсем.
― Нет, ― взвыла она. ― Как это? Нет. Как это переведены? Куда?.. На следующий день после продажи квартиры. И что теперь? Ни работы, ни жилья, ни вещей, ни денег.
Лина в отчаянии отбросила от себя ноутбук и упала головой на стол.
Глава 9
Павел Соколов зашёл в подъезд и не сразу понял, туда ли он попал, так как номер «три» квартиры выглядел удручающе. Хорошо, что соседка из второго номера вышла ― бабушка божий одуванчик.
― Простите, ― спросил Павел, ― вы не знаете, кто здесь живёт, в третьей квартире?
― Девушка какая-то, явно наркоманка. Два месяца назад приехала, а до ремонта руки не дошли. Я однажды смогла заглянуть в квартиру. Срач страшный.
― А почему вы решили, что она наркоманка?
― Так по роже же видно. Глаза впавшие, растрёпанная постоянно, не накрашенная, за собой не очень следит и выходит редко. Хотя... от неё не воняет. Моется, вроде бы. А вы кто ей?
― Я не знаю, туда ли попал. Я ищу одну женщину. Её зовут Лина Воронцова.
― Лина, Лина, ― задумалась старушка. ― Эту вроде Лена зовут. Не помню.
― Спасибо и за это.
Старушка вышла из подъезда по своим делам, а Соколов постучал в третью квартиру. Никто не ответил, и шевеления внутри не слышно было. Он осмотрел дверь. Замок явно был ненадёжным, что называется, от честных людей. Павел подёргал за ручку, и понял, что дверь плохо закрыта. Режиссёр надавил на неё плечом и ввалился внутрь квартиры. Картина была далеко не радостная: квартира без ремонта, почти без мебели, а где-то в ванной капала вода.
Соколов прошёл в комнату и увидел её. Лина лежала одетая на засаленном диване и спала.
― Лина, ― негромко позвал женщину режиссёр.
Воронцова не отвечала. Павел подошёл ближе. На старом дубовом столе стоял ноутбук, упаковка сока и бутылочка с лекарством. Павел открутил крышечку у сока и понюхал. Алкоголя вроде бы не было, да и пустых бутылок не валялось. А вот капсулы. Соколов погуглил в телефоне название лекарства и понял, что это обезволивающее, причём, очень сильное.
― И как долго ты его пьёшь? И по сколько?
Павел бросил бутылочку в карман и сел в кресло за стол, задев случайно мышь ноутбука. Экран сразу же засветился, открыв режиссёру недописанный сценарий. Соколов не мог отказать себе в удовольствии его прочитать. И ему всё понравилось.
― Не зря говорят, что талант не пропьёшь, ― проговорил он сам себе, ― но всё равно, тебя нужно отсюда вытаскивать. Лина! ― вскрикнул Павел.
Воронцова всё также не реагировала, и Соколов подошёл к дивану и потряс женщину за плечо. Ангелина наконец приоткрыла заплывшие глаза и отмахнулась.
― Отстань.
― Лина, просыпайся.