Стар Сити. То самое место на другом краю земли, куда вследствие взмахов крыльев бабочки слетаются все ураганы, и я всего лишь хочу устроить еще один. Ведь для чего нам еще воевать, если не для того, чтобы жить в мире.
Не помню, сколько я проплакал. Казалось, я просто не могу остановиться. Это продолжалось часами, наверное. Возможно я даже несколько раз терял сознание и, кажется, несколько раз возвращался в машину и видел их лица, видел перед собой фарфоровую маску, пока все опять не исчезло в непроглядной тьме.
Ушло некоторое время, чтобы понять, что я в сознании и мои глаза открыты. В комнате было непроглядно темно. Я долго размахивал перед лицом руками, чтобы понять вижу ли я вообще. Я не спешил вставать. Все-таки ходить в темноте занятие не самое умное, учитывая то, что неизвестно где я нахожусь и во всех ли местах есть комнаты и пол, или есть ли здесь стекло, что является весьма актуальной проблемой, ведь на мне не было обуви, только футболка и штаны из мягкой ткани. Я водил руками по полу, не спеша продвигаясь вдоль выбранного направления, благо темная комната дает серьезный простор для воображения. В теории, план такой: двигаться куда-то пока не найду стену, а затем буду двигаться вдоль нее пока не найду дверь. Думать о том, что будет, если я не найду дверь мне не хотелось, как и о многих других «если», что сопровождались по разным стадиям моего плана. Сейчас есть только я и холодный пол. Я передвигался, медленно стараясь обследовать руками максимальную площадь. То и дело останавливался, чтобы отдышаться, не потому что устал, а потому что произошедшее давило на меня, как и миллион «если», что меня ждали. Я начал двигаться резче, забывая об осторожности и уже не пытался узнать, на что могу натолкнуться. В конце концов, перейдя на агрессивное перебирание руками и ногами, словно зверь, что пытается выбраться из воды, я полз вперед уже готовый встать и сорваться на бег. Где эта чертова стена!?
Свет включился резко, и даже показалось, что прибил меня к полу. Глаза нестерпимо жгло, и я старался прикрыть их, смотря исключительно в пол, закрыв лицо руками. Затем медленно подняв голову, огляделся. Комната плыла, и увидеть хотя бы очертания чего угодно казалось невозможным. Помещение было абсолютно белым, настолько, что сложно было понять, где пол переходит в стены, а затем в потолок. Где-то вдали я увидел что-то, что выделялось на общем фоне. Что-то черное и маленькое, словно крохотная тень. Глаза еще не привыкли к освящению, и было сложно понять, насколько далеко находиться то, что я вижу, как и то, что это вообще. Я моргнул несколько раз, а затем начал медленно вставать. Тень словно заметив это начала нарастать. Вдоль комнаты эхом разнеся топот ног, такой быстрый и стремительный как отбойный молоток.
- Выживай, – раздался голос, что прошелся волной по всей комнате. Последнее, что я увидел это стремительно, словно хищный зверь, бегущую на меня фигуру на голову ниже меня. И свет погас.
Топот не прекратился и, к сожалению, мне хватило двух вдохов, чтобы понять, что стоять на месте сейчас не безопасно, но было поздно. Удар заставил меня отлететь назад, меньше секунды я чувствовал два места удара, что пришлись на мою грудь, правда полет был не долгим, встретившись с чем-то твердым и холодным сводным приложившись к нему своим плечом и затылком, а затем отскочив от него словно мячик. Кажется, я нашел стену. Победа бывает очень горькой или это просто я прикусил язык. В ушах звенело, а из легких словно выбили весь воздух. По затылку растекалось что-то теплое. Если бы не было так темно, то в глазах у меня бы точно потемнело, но и тут глаза не подводят, окрашивая окружения снобом искр и фиолетовых пятен. Я начал судорожно вбирать ртом воздух. Вдохнуть получилось только с третьего раза и то, закашлявшись, а только потом я понял, что снова слышу топот. Следующий удар пришелся под дых, от чего мне показалось, что меня сейчас вывернет в лучшем случае. Затем в скулу, явно кулаком, а потом, наверное, ступней в лоб. Я перевернулся на спину. Следующий удар мне пришелся в челюсть. Потом в скулу, потом опять в челюсть. Это было быстро и сложно было уловить, откуда она нанесет удар дальше, а голос в голове напомнил: «Зато у тебя есть стена». Быстрым движением я перехватил руку, что слева пыталась ударить меня в челюсть, и резко толкнул ее локтем туда, где предположительно должен быть живот. Тень издала короткий стон и отстранилась в сторону, и я услышал, как она сталкивается со стеной и возвращается обратно. И тогда я резко сделал выпад головой вперед, встретившись лбом о что-то плотное и мягкое. Сначала прозвучал хруст, затем стук обо что-то твердое. Мне было больно, но явно не так как тени. Я резко отпрянул назад, отталкиваясь от противника ногами. Сердце колотилось, дыхание было неровным и судорожным, в челюсти ныла нарастающая тупая боль. Я старался не шуметь и делать по пол вдоха. Кто бы это ни был, он видит не больше чем я.