Простая мирная прогулка в молчании. Но слова были не нужны ни ему, ни ей. Парочка остановились возле пруда, в котором плавали большие красивые птицы. Почему-то ей захотелось их накормить, и птицы, словно почувствовав её желание, начали переговариваться высокими, тонкими трелями, раскачивая разноцветными султанами на головах…
— Они красивые… У тебя ничего нет, чтобы их покормить?
Алекс задумчиво посмотрел на неё, дёрнул краешком губы:
— Хочешь умереть?
Эстерия даже вздрогнула:
— Почему?!
— Это хищники. Если что-то бросить одному, то начнётся настоящее побоище. Вся стая броситься на того, кто дал им пищу, чтобы получить тоже. И просто растерзают угощающего человека на куски. Теряют контроль над собой и не могут остановиться. Вообще эти птички очень интересные. Когда добывают еду, то делят её между всеми поровну. Абсолютно. Этакая уравниловка. Учёные, изучив их поведение, считают, что у них коллективный разум.
Девушка не на шутку удивилась:
— Это как?
— Очень просто. Один мозг на всех. Видишь вон ту, с розовой окраской?
— Да.
Действительно, отличающая размерами и окрасом птица держалась поодаль остальных, почти у другого берега пруда.
— И что?
— Мозг стаи — в ней. Остальные — просто рабочие органы. Безмозглые, тупые исполнительные механизмы.
— Откуда ты знаешь?
Он усмехнулся, на этот раз по-настоящему:
— Я здесь подольше, чем ты. И успел изучить адаптационный курс.
Эстерия вновь спросила:
— Но если они так опасны для людей, почему их не уничтожают? А если нападут на человека?
— Все терранцы знают этих птиц. Поэтому ни один из местных не станет их угощать. А себя они прекрасно кормят сами. В этом, кстати, основное отличие между двумя нациями одного происхождения — терранцы живут в гармонии с окружением. А вы, новоамериканцы, подминаете мир под себя… Тебе известно, что на Терре, к примеру, запрещено разрабатывать недра?
— Как?!
Изумление девушки достигло предела.
— То есть…
— Астероидные рудники. Необитаемые планеты, лишённые жизни. Газовые гиганты. Все фабрики и производства находятся за пределами планеты. Без исключений. Доставка идёт из самых разных уголков Княжества. И, естественно, безотходные технологии. Скажем, тот же мусор мы выбрасываем в утилизаторы. Машины разлагают его и превращают в нужные вещи.
— Получается, что в дело идёт всё?
— Полностью.
— Мне как-то противно…
Передёрнула плечами, а её спутник вновь усмехнулся.
— От незнания.
— Что? — не поняла Эстерия.
— Тебе противно от незнания. Понимаешь, машины не так работают, как ты себе представляешь. Думаешь, они просто сортируют и перерабатывают дерево, металл, пластик?
— Конечно. Во всяком случае, у нас, на Новой Америке.
— Отсталые технологии. Здесь это делают конвертеры. Разлагают всё без сортировки, поскольку на выходе получаются атомы. И из них уже вновь собирают новые вещи. Только вот растения и пищу нельзя так получить. А всё остальное — пожалуйста.
От удивления рот девушки приоткрылся — это же… синтезаторы! Засыпай внутрь песок или булыжники, а на выходе — всё, что угодно твоей душе! От золота до бриллиантов! Неудивительно, что терранцы так богаты! Между тем в воздухе повеяло прохладой. Что-то большое, издавая протяжные стоны, проплыло у них над головами в темноте, в которой засияли яркие звёзды. Стая птиц вдруг сорвалась с места и, отчаянно хлопая большими перепончатыми крыльями, стремительно понеслась ввысь. Юноша снял с себя куртку и набросил девушке на плечи. Только тут Эстерия поняла, что начинает замерзать.
— Пошли домой?
— Домой?
— Прости, но для меня теперь это — дом. А ты моя гостья. Я должен быть радушным хозяином…
Дальнейший путь прошёл опять в молчании, её начала охватывать тревога — Алекс менялся мгновенно: из беспощадного, жестокого убийцы вдруг превращался в доброго и ласкового друга. Обычно девушка легко определяла характер человека, но с Александром было очень сложно. И ещё ей отчего-то казалось, что парень знает о ней уже всё… В доме она поднялась с коляски, вернула куртку ему. Алекс повесил её в прихожей, помог добраться до кухни, благо оба проголодались после такой прогулки. Ужин был такой… Ещё никогда Эстерия не пробовала подобных блюд. Они таяли во рту, щекотали все вкусовые рецепторы, наполняли приятной теплотой желудок. Какие-то продукты она угадывала, какие-то были абсолютно ей незнакомы. Но всё без исключения было вкусно. А потом… Он вошёл в спальню, скинул халат. Протянул руку к одеялу, собираясь лечь рядом. От неожиданности девушка подскочила, встав на четвереньки: