— Скольких ты уже отправил к праотцам?
— Больше четырёхсот. А вообще — не считал. И не надо об этом.
Его глаза сощурились, чтобы не выдать гнев. Алексей вздохнул — хоть и родной сын, но вот характер у него… Воспитание аагов наложило свой отпечаток. Ни жалости, ни эмоций. Когда он вернулся во второй раз, было заметно, что юноша чем-то подавлен. Но потом он словно проснулся. Его личный корабль, подаренный отцом, множество раз уходил в рейды, и только жуткие слухи, приходившие с планет, оккупированных Новой Америкой, сообщали, где сын был и чем занимался. Настоящий монстр. А ведь и его мать поначалу была такой же, потом оттаяла… Нет, нужно срочно что-то делать с парнем. И чем быстрее, тем лучше, пока он не стал простой машиной для убийства. Да, Алексей тоже был воином. Солдатом. И тоже убивал. Но Сашка — это совсем другое. Без жалости. Без пощады. Не щадит никого. Для него нет разницы: женщина или мужчина, ребёнок или старик. Сколько отец ни пытался с ним об этом говорить, он просто отмалчивается. Нет, надо что-то очень срочно делать. А может… Мысль, пришедшая в голову, была простой и от этого казалась верной.
— Ты уже дерёшься с ними полгода. Но забываешь об одной вещи — кроме того, что ты воин…
— Я не воин, отец. Я — ааг. Убийца.
— Нет! Ты воин. Потому что дерёшься не за деньги, а за совесть! Так что помни это!
Князь вспылил, что с ним случалось редко, но быстро успокоился. Снова затянулся сигаретой, стряхнул пепел.
— Значит, убийца? А ты не боишься, что можешь перестать быть человеком?
Сын вновь дёрнул краешком губы, так он делал всегда, когда нервничал.
— Что значит — быть человеком, отец? Я был им до пяти лет. Потом из меня стали делать убийцу. Извини, но едва я начал привыкать к обычной жизни, как в неё вмешались, грубо и бесцеремонно. Вначале Гарри, потом ты. Не стану отрицать, мне нравилось среди обычных людей. Я узнал и полюбил многое, чего был лишён во время обучения. Но…
Юноша замолчал и отвернулся в сторону окна, глядя на расстилающуюся внизу, в долине, столицу Княжества.
— …мне кажется, что я никогда не смогу жить обычной жизнью простого человека, отец. Всегда кто-то вмешивается в неё. Война. Амбиции. Клан. Даже ты. И, конечно, твоя семья.
— Моя? Не наша? Разве ты не член её?
Горькая усмешка отразилась в стекле.
— Иногда я думаю, что зря согласился на всё это.
Обвёл вокруг себя рукой.
— Нужно было бежать. Бежать подальше, менять внешность, биографию — словом, всё. Чтобы ты не нашёл меня.
— Бесполезно. Ты же знаешь силу моих жён.
— Да, знаю.
Сын повернулся к Алексею:
— Но всегда можно скрыться туда, где тебя никто не сможет достать.
— Умирать в юности? Что за глупость, сын?!
— Моя совесть чернее космоса. Мои руки в крови. Примет ли Княжество такого наследника, отец? Есть Ари. Всеобщая любимица. Её обожает народ, её знают все правители окрестных миров. Не лучше ли оставить сестру у власти? Или ты боишься, что консорт подчинит её своей воле?
— Не исключаю и такой вариант.
Алексей глубоко задумался, помолчал несколько минут, затем вновь достал сигарету из пачки, раскурил.
— У меня ощущение, что в тебе что-то сломалось. Но какова причина? Исчезновение мамы? Но она жива.
Мои княгини в один голос утверждают, что с Иурой всё в порядке. А не верить им причины нет.
— Я знаю.
— Тогда, может, ты надломился на войне? Всё же беспрерывная гибель окружающих влияет на людей.
— Не говори никогда ничего подобного. Как говорят, ааг специально выращен для смерти. Мне всё равно, умер кто-то или нет. У меня нет того, за кого бы я стал мстить или переживать, кроме мамы. И вас.
— Тогда и смерть твоих подружек должна оставить тебя равнодушным.
— Я был не настолько близок с ними. А уж Эстерию я вообще терпеть не мог. Если бы не твоё слово…
— Тогда что? Я не врач. Всего лишь отец. Отец, который не может найти общий язык со своим сыном. Может, тебе стоит пока перестать воевать? Отдохнуть, попутешествовать? Побывать там, где ты бы хотел. Увидеть разные диковинки Вселенной. Да хотя бы у меня на Родине. Почему бы тебе не слетать на Землю?
— На Землю?
Парень чуть задумался, потом отрицательно качнул головой.
— Может, когда-нибудь позже. Не сейчас. Но я подумаю над твоими словами. Спасибо.
Алексей опустил голову:
— Когда летишь вновь?
— Через пару дней. Пока побуду здесь.
— Девочки хотят с тобой пообщаться. Особенно Юури.
— Передай ей, что я тоже её люблю.