Глава 1
Я — Алёна Польская, мне девятнадцать лет. Учусь на педагогическом факультете, на втором курсе. Обычная с виду, ничем не примечательная девушка, низкого роста со светло-русыми волосами и карими глазами. Но есть кое-что, что выделяет меня среди других.
Я настоящее ходячее бедствие. Всё, до чего я когда-либо дотрагивалась: либо пропадало бесследно, либо ломалось. Все, кто рядом со мной, постоянно влипают в непредвиденные обстоятельства. Иногда даже опасные для жизни.
Ещё с детского сада все меня сторонились, боялись попасть под моё «проклятье». Смешно, но многие считали, что я действительно проклята. Иногда, даже я сама так думаю. Может я и правда проклята? Даже мои родители стараются не приближаться ко мне лишний раз.
Единственный человек, которого не задевало моё «проклятье» — это моя подруга Ангелина Снегирёва. Она полная моя противоположность и по-настоящему везучий человек. Если я ходячие бедствие и неудача, то она настоящий везунчик. Только её одну мои бедствия проходят стороной. Мы с ней вместе с первого класса. Познакомились на линейке, когда я случайно уронила половину нашего класса, прямиком в грязь, сама при этом, чудом не угодив туда же. Этим чудом для меня оказалась Ангелина. Она, будто действительно — мой ангел хранитель. Она тогда спасла меня от падения, схватив за руку. После этого случая, она, по мере возможности, старалась уберечь меня от последствий моей глобальной неудачи.
Для меня всегда было странно, что она всегда остаётся со мной. Если все остальные люди стараются избегать меня, то она, наоборот, стремится всё чаще и чаще находиться рядом. Со временем я привыкла к тому, что из всех людей, только она не боится общаться со мной. Но после, появился еще кое-кто.
Мы с Ангелиной поступили в один университет и на один и тот же факультет. Там я и встретила Виталия Бестужева. Наше знакомство, мягко говоря, прошло не очень.
На линейку я пришла в черно-белом сарафане и с букетом персиковых роз. Моя мама очень любит розы. Она сама их выращивает в теплице на нашей даче, на которой пропадает почти круглый год. Говорит, что дача помогает ей справиться со стрессом, получаемым на работе. Розы я обернула в специальную обертку. Но шипы были на столько большие и острые, что местами пробили упаковку. Мои руки были уже все исколоты этими шипами. Один шип особо сильно впился мне в левую руку. Взвизгнув от боли, я попыталась посмотреть, что с рукой. Я переместила букет в правую руку и опустила её вниз. Порез был незначительный, поэтому решила, что не буду зацикливать на нём внимание. Заживёт. Какой-то парень случайно зажал мой букет, между нами. Обругав его нелестными словами, я хотела было посмотреть, не повредился ли букет, но как только я стала поднимать его, то поняла, что мой сарафан поднимается вместе с ним. В панике, я стала отдёргивать сарафан от букета левой рукой, но сдернула обертку, которая тут же полетела в неизвестном направлении. Резко дернувшись за ней, я неуклюже развернулась и проехалась букетом по лицу какого-то парня, который не вовремя решил зачем-то наклониться в низ.
— Ай, блять! — незнакомец вскрикнул от боли и схватился руками за лицо.
Я стояла в шоке, уставившись на него. Я не знала, что мне делать. Просить прощение? Кинуться к нему, чтобы помочь? Но тогда, парень ещё больше может пострадать. Я-то уж себя знаю. Моя помощь дорого ему потом обойдётся.
— Прости меня, пожалуйста, я не хотела, — извинилась я.
— Прости? Да ты мне по лицу шипами проехалась! А если бы глаз выбила? — парень отнял руки от лица и выпрямившись, посмотрел на меня. На его лице были полосы от шипов. Да, знатно я ему заехала.
— Ну, не выбила же, а лицо твоё заживёт, — послышался голос рядом с нами. Мы с парнем как по команде синхронно повернули головы и уставились на говорящего. Коей оказалась Ангелина. Припозднилась она немного. — Тем более, шрамы и царапины украшают мужчин. Пара царапин тебе не навредит.
— Прости пожалуйста. Я действительно, не специально. Извини, извини, извини, — причитала я.
— Ладно, я прощаю тебя, но только на этот раз, и чтобы такого больше не повторялось. Мне моё лицо очень дорого. Не хотелось бы, чтобы кто-то его портил.
Но это снова повторилось позже. Уже будучи в аудитории для знакомства с куратором, я умудрилась споткнуться, идя к своему месту рядом с Ангелиной. Падая, я снова залепила букетом по лицу того незнакомца, который пытался удержать меня от падения. Удержал, но на его лице появилось еще две новые царапины. В этот раз он не хотел прощать меня так легко. Взамен, попросил представиться ему. Странная просьба, ну и да ладно.