— Что, не собираешься больше ошиваться вокруг этого ходячего недоразумения? — поглядывая на Алёну, спросила Лена. Она — девушка моего лучшего друга Вадима. — Ты так странно ведешь себя сегодня, что-то произошло?
— С чего ты взяла? — спросил я, проигнорировав её первую фразу.
— Ты впервые не помог ей. Ты всегда таскаешься за ней, как верный пёс, несмотря на то что она даже не обращает на тебя внимания. Поэтому сегодняшнее поведение очень странно для тебя. В любое другое время ты бы сорвался к ней и накричал бы на неё, но ты просто стоишь и ничего не делаешь. Решил взяться за голову и забить на неё?
— Да, кстати, — вклинился в беседу сидящий рядом Вадим, — мне тоже показалось это странным. Тебя перестала волновать эта девушка?
— Давайте мы не будем говорить об этом, хорошо? — спросил я, серьёзно посмотрев на них, надеясь, что они переведут разговор на другую тему. — А будет лучше, если мы вообще никогда к ней не вернёмся.
— Знаешь, а правильно. Не нужно тратить время на эту чокнутую.
— Вадим! — шикнула в его сторону девушка. — Ты разве не понимаешь, почему он это делал?
— Честно? Нет! — отрицательно потряс головой мой друг.
Я лишь вздохнул, отворачиваясь от них. Мельком я заметил, что Алёна смотрела на меня, но, когда я посмотрел в её сторону, она отвела взгляд. Зачем она смотрит? Может, жалеет, что отказала? Бред.
— Она ему нравится, как же ты этого не видишь, — донёсся до меня голос Лены.
— Я это тоже заметил. Но мне непонятно одно: если ему нравится эта девушка, почему он ей об этом не скажет?
— Может боится? — предположила девушка друга. Так и есть. Боюсь. Да я и так в принципе уже знаю, что это ровным счётом ничего не даст. Она не хочет отношений со мной.
— Наш Бестужев? — хохотнул сидящий впереди Лёха, поворачиваясь к нам. — Слышал, что она сказала? — он толкнул рядом сидящего брата-близнеца Влада. — Она говорит, что наш «Бесстрашный» боится признаться девушке. Ты слышал что-то ещё смешнее этого?
— Нет, — сквозь смех пробормотал Влад.
— Вот и я не слышал. Думаю, она его отшила, — в точку. Как серпом по сердцу прозвучала эта фраза. — Как иначе объяснить его резкую перемену?!
— Ну не знаю, я всё же склоняюсь к своему варианту. Он боится ей признаться, — задумчиво проговорила Лена.
Ох, Лена. Знали бы вы настоящую причину.
— Ты сама знаешь, почему его все называют «Бесстрашным» не из-за того, что это слово красивое, а потому, что наш Бестужев ничего не боится. Наш Бестужев «Бесстрашный».
Лёха так уверенно это говорил, что даже я сам верил в это, будто это не мои колени трясутся каждый раз, когда я смотрю на эту малышку Алёну. Будто это не я боюсь получить отказ. Конечно, она уже фактически отшила меня, но я ни разу не признавался ей. Просто спросил, хотела бы она, чтобы я был её парнем или нет. И получил «нет». Но кто знает, признайся я ей тогда, может, и не получил бы этого отказа. Или её ответ всё равно был бы таким же? Скорее всего, ничего бы не изменилось.
— Тогда почему его поведение сегодня так отличается от обычного? — с долей обеспокоенности спросила Лена, украдкой поглядывая на меня.
— Не знаю, мы можем только гадать, потому что настоящую причину он нам не скажет, — сказал Влад и отвернулся. Остальные задумчиво кивнули на его слова и уставились куда-то вперед, думая о чём-то своём.
Я на это лишь вздохнул, украдкой бросая взгляды в сторону Алёны. Она, как всегда, была очень прелестна сегодня. Её волосы были собраны в причёску из косичек, открывая взглядам изящную шею, на которой красовался чёрный чокер. Она очень их любит. Наверно. Я сделал такой вывод из того, что она очень часто их носит; за весь первый курс я насчитал около тридцати разных чокеров. Очень много, на мой взгляд, хотя и не удивляет: она ведь женщина, а они такие штуки очень любят. Этот я не видел раньше — возможно, он новый, а может, она просто не надевала его в том году, потому что не хотела. На ней была белая блузка с короткими рукавами и чёрная расклёшенная юбка. Очень люблю, когда она надевает юбки или платья: они подчёркивают её женственность и хрупкость.
Вообще, я почти не обращаю внимание на то, какую одежду носят девушки. Да и девушек я ранее почти не замечал. У меня были небольшие романы, но все они заканчивались, так толком и не начавшись. Друзья часто шутили надо мной, утверждая, что я либо гей, либо не нравлюсь девушкам. Это не так. Я всегда был интересен девушкам, и они мне, но я не чувствовал ни к одной ничего более легкой заинтересованности. Лена всегда защищала меня от друзей. Она говорила, что я ищу одну единственную, что это похвально, и всегда сетовала на то, что у Вадима до неё был достаточно длинный список подружек.