- Слушай, ну какая разница? – взорвалась девушка, одной рукой пытающаяся расчесать волосы. Получалось это у нее из рук вон плохо, что вызывало большое раздражение. А тут еще и этот прицепился со своими вопросами!
- Да, собственно, никакой – ответил задумчиво парень. – Короче, киса, если ты через полчаса не явишься, я иду в полицию, писать заявление. И скажи мне свое имя и фамилию.
- Зачем? – нахмурившись, остановилась Настя. – Может, тебе еще и паспортные данные продиктовать, чтоб ты на меня кредит какой-нибудь оформил? А, аферюга?
- Слушай, киса, ты всегда по утрам так тормозишь? – вздохнул в трубку Дан. Настя почему-то представила, как он закатывает глаза, насмешливо качает головой и крепко стиснула челюсти: хотелось наорать на придурка, хорошенько обматерить и, послав на деревню к бабушке, бросить трубку.
– Помимо того, что я теперь твой работодатель – на последнем слове парень сделал особое ударение, и усмехнулся – мне нужно сообщить твои данные охране на проходной, чтобы тебя пропустили в подъезд.
Скрипнув зубами и запихав поглубже свой дикий нрав, девушка ледяным голосом продиктовала ему свое имя и фамилию, и сбросила вызов. Слушать этот гнусавый, мерзкий голос у нее больше не было ни сил, ни желания. Хотя вообще-то, если откровенно, то голос Дана был не таким уж и противным. Скорее, даже приятный: низкий, чуть насмешливый, плавный. Настя вздохнула. Если бы их знакомство произошло по другому сценарию, он бы ей возможно, понравился. Зачем-то представив, как Дан наклоняется и целует ее, Настя передернулась и почувствовала приступ тошноты. Да уж, насчет понравился это она погорячилась. И придет же только подобное в голову. Нет уж. Она бы скорее согласилась встречаться с гориллой из местного зоопарка, чем с этим. Удостоверившись, что ненависть, как и отвращение к парню на месте, девушка поспешно вызвала такси и, приведя себя в порядок, полетела вниз.
Уже когда Настя сидела в машине, ей на телефон пришло смс: «Киса, ты опаздываешь! Я уже начинаю злиться!», и несколько грустных смайликов.
«Да хоть от злости лопни, ископаемое!» - зло скрипнув зубами, подумала Настасья, и откинувшись на спинку кресла, закрыла глаза – спать хотелось безумно. И как только люди каждое утро встают в такую рань?!
Спустя какое-то время машина остановилась в новом, элитном районе. Выйдя из машины, девушка огляделась и слегка наморщила нос: отец изначально тоже хотел запихать ее в одну из таких квартир – с брутальной охраной на входе в подъезд, огороженным, чистым ухоженным двором с газонами и детскими площадками, и абсолютно неразговорчивыми людьми. Здесь не сидели бабушки на лавочках возле подъезда, не играли в войнушку пацаны с ободранными коленями, не ремонтировал свою старую девятку во дворе сосед. Среди жильцов подобных домов было не принято общаться, ходить друг к другу в гости или скандалить с соседями. Безликие, безразличные ко всему, они молчком выходили из своих квартир, садились в одинаковые машины и ехали по своим бесполезным делам. Настя всегда в тайне боялась стать одной из них. Слиться с серой массой, потерять свою индивидуальность. Именно это и была одна из основных причин, почему девушка настояла купить квартиру в доме у Алиски.
Зайдя в подъезд, Настя не глядя по сторонам подошла к проходной, назвала свое имя и фамилию охране, прошла к лифту и поднялась на нужный ей этаж.
Нажав на кнопку звонка, Настя немного подождала и, крайне возмущенная, посмотрела на дверь. И какого фига это ископаемое ей не открывает? Он что, уже забыл про нее? Ну ничего, напомним.
Нажав на кнопку звонка, Настя приготовилась удерживать, пока ее не соизволят впустить. Правда, долго ей стоять не пришлось: спустя минуту дверь открылась, явив разъяренной девушке картину маслом: полуголая девица, в одном нижнем белье и прозрачном пеньюаре, стояла, облокотившись на косяк, и недовольно смотрела на Настю.
- Чего трезвонишь? – надменно спросила она.
- А где Дан? – немного замешкавшись, ответила вопросом на вопрос Настя. В девушке в который раз за день медленно подняла свою голову тетя Ярость: так вот чем там этот хряк занят! Ну ничего, сейчас она ему всю малину обломает!