«Он уже сделал первый шаг. Может, сейчас ждет от меня ответного? Или лучше пускай помаринуется?» - пришла в голову нелепая мысль, от которой я застонала.
- Господи, он что, помидоры? Какой же бред в голову лезет – прошептала я сама себе, и, отбросив телефон, с головой закопалась под одеяло. Завтра. Я подумаю обо всем завтра.
Только я задремала, как меня разбудила вибрация телефона. Недовольно глянув на часы, я нахмурилась: первый час. Вы что, издеваетесь? Но увидев имя входящего контакта, я моментально проснулась. Кирилл. На мгновение зависнув, а затем, выругав себя за трусость, я, влажными от волнения пальцами, провела по экрану принимая вызов.
- Алло – неожиданно звонко сказала я. Сердце быстро заколотилось, глаза широко распахнулись. Прижав ухом телефон к плечу, я вытерла мокрые ладони о одеяло.
- Алис, ты уже спала? Прости, если разбудил – услышала я голос Кирилла. Сев по-турецки и обняв руками подушку, я с тревогой вслушивалась в приятный тембр. На секунду мне показалось, что подобные интонации я уже где-то слышала. Тихий, чуть хрипловатый голос почудился отдаленно знакомым, и я удивленно приподняла бровь.
- Что-то случилось, Кирилл?
- Нет-нет, все в порядке. Просто… знаешь, я весь вечер думал о тебе. И о том, что мы так толком и не поговорили. Я понимаю, что время уже позднее и ты спишь, но может, выйдешь в подъезд? Буквально на пять минут – спросил Кирилл.
- В подъезд? – всполошилась я, и, подбежав к окну, выглянула. Кирилла во дворе я не увидела. Он вообще был пуст, если не считать большую черную незнакомую машину. – Но ведь уже ночь!
- Я знаю. Алис, пожалуйста, это не займет слишком много твоего времени – мягко, но очень настойчиво попросил Кирилл. Мгновение подумав и решившись, я накинула тапочки и как была, в шортах и домашней футболке, доходящей мне практически до колен, с огромным и нелепым принтом горящего черепа, выскользнула в подъезд.
Кирилл стоял, спрятав руки за спину и прислонившись к исписанной местными малолетними мародерами подъездной стене. Голова его была запрокинута, а глаза закрыты. Свои нелепые очки он в кои то веки снял, и я невольно залюбовалась длинными, как у девочки, черными ресницами, которые в свете подъездной тусклой лампочки давали странную тень на его лицо, и мне почему-то захотелось их потрогать.
Засмущавшись от своих мыслей, я слегка кашлянула, привлекая внимание парня. Услышав этот звук, Кирилл резко поднял голову и натянул очки. Слабо улыбнувшись, он подошел немного поближе.
- Привет – тихо сказал он.
- Привет – нервно ответила я, теребя край футболки и зачем-то стараясь оттянуть ее немного ниже.
- Классная футболка – окинул меня внимательным взглядом Кирилл, и улыбка его стала шире.
- Что? А, это брата – нервно одернула я ее край и вспомнила, как пару лет назад отжала у брата эту футболку. Тот ходил, бубнил, но назад вещь почему-то не отобрал.
- Вот, держи, это тебе – вытащил Кирилл руку из-за спины и протянул мне маленькую корзинку с полевыми цветами.
- Мне? – удивленно спросила я, принимая букетик. Еще никто ради меня не срывался среди ночи, чтобы просто подарить цветы. Да вообще никто и никогда их не дарил. – Спасибо. Они очень красивые. Правда.
Я восторженно сунула нос в букетик, и вдохнула карамельно-медовый запах цветов. Так странно. Вроде совсем обычные цветы, а пахнут в сто раз лучше, чем самые дорогущие розы. Хотя, розы вообще ничем не пахнут. Мы еще некоторое время постояли молча, но потом Кирилл не выдержал.
- Алиса – сунув руки в карманы толстовки и опустив голову, Кирилл нерешительно позвал меня. Я подняла глаза, чувствуя, как быстро забилось сердце. - Ты так мне ничего и не ответила.
- Ты о чем? – решила скосить я под дурочку, но под спокойным взглядом зеленых глаз поняла, что не прокатит. – Извини – пробормотала я, опуская глаза. Почему-то стало ужасно неловко. Это чувство оказалось как кисель: тугое, вязкое, липко обволакивающее меня и заставляющее краснеть.
- Не стоит извиняться – спокойно сказал Кирилл. – Я все прекрасно понимаю.