Я собираюсь отправиться на поиски Яна, как внезапно кто-то толкает меня в плечо и я падаю на рядом стоящую девушку, которая, к счастью, не сыплет меня проклятиями, а лишь понимающе улыбается.
Парни из нашей футбольной команды не поделили девушку и начали толкать друг друга. Если тренер Морозов узнает, что наши игроки пили и курили на вечеринке, им знатно не поздоровиться. Хорошо, что они делают это очень редко.
Дальше начинается настоящая потасовка, Марат бьет Андрея по лицу, и тот падает назад, а мне едва удается отскочить в сторону, чтобы эта мужская туша не упала на меня.
Господи, да что за день сегодня!
Пока все вокруг начинают разнимать дерущихся, я, пользуясь моментом, проскальзываю в другой конец комнаты, чтобы поискать знакомые лица. Точнее, я ищу Тео, надеясь, что он как лучший друг Яна просто обязан быть на его вечеринке. Но вместо Теодора, я встречаюсь взглядом с Ледневым. Окей, тоже хорошо.
Арт подпирает стену плечом и с ухмылкой следит за тем, как Андрей пытается пнуть Марата в грудь, но промахивается. Я даже не хочу спрашивать, почему этот акт насилия вызывает у него такую маниакальную улыбку, наверное, из-за того, что Леднев – капитан команды, и он завтра на тренировке надерет этим двум зад за драку.
– Наша местная стервочка, что с твоим лицом? Ты заболела? – издевается Арт.
– Очень смешно, подскажешь, в какой момент нужно посмеяться?
– Чем обязан, Риана?
– Где Ян?
Арт прищуривает глаза, словно пытаясь отыскать мои скрытые мотивы, но поняв, что их нет, через секунду отвечает:
– На балконе.
Вдох выдох. Мои ноги автоматически останавливаются, когда я встречаюсь с этими глубокими, как океан, глазами. Те, что наполнены магией, в которую я не могу перестать верить.
Закинув одну руку за голову и широко расставив ноги, Ян сидит на диване в окружении двух девушек. Одна практически лежит на его груди, другая закинула на его мускулистые бедра свои длинные обнаженные ноги. Сучки.
Ян затягивается кальяном, и, не сводя с меня затуманенного взгляда, выпускает облако серого дыма из-за рта. Тусклый свет, исходящий из комнаты, отбрасывает тени на его резкие черты. Я сглатываю, пытаясь смириться с тем фактом, что он продолжает сидеть, как ни в чем не бывало, с этими девушками на своих коленях, когда я стою перед ним и вижу эту картину.
Какого черта? С каких пор он стал таким ненормальным?
– Проваливайте, – рычу сквозь зубы, продолжая держать зрительный контакт с Яном. Я едва себя сдерживаю, чтобы не выцарапать глаза этим двум шлюшкам.
– Прости? – брюнетка выгибает бровь и усмехается. Ее рука ползет вверх, обхватывает лицо Яна и через секунду ее губы касаются его щеки. В глазах Яна начинают прыгать черти, а сам он весело ухмыляется мне.
Тебе смешно, придурок?
– Я сказала, свали отсюда, иначе я оттащу тебя за волосы.
Девушки смотрят на Яна, который молчит и продолжает медленно курить. Молчание – тоже ответ, сучки.
Русоволосая фыркает, но все же встает с его колен и они медленно, покачивая бедрами, выходят в гостиную, оставив нас наедине.
– Серьезно, Ян? – я скрещиваю руки на груди и чувствую, как мое сердце вот-вот расколется на несколько частей. – Ты писал мне все эти интимные слова в то время, как какие-то шлюхи ползали в твоих ногах? Может, они делали тебе минет, пока ты переписывался со мной?
– Ты всегда отталкиваешь всех своим холодом и отчужденностью, но продолжаешь ревновать, словно люди – это принадлежащие тебе вещи.
Ян вновь бесстрастно выдыхает дым. Черт бы побрал его контроль над эмоциями.
– Это не так!
– Думаю, мы уже установили, что я знаю о тебе много дерьма, – он отбрасывает трубку от кальяна в сторону и встает с дивана, и мое тело инстинктивно напрягается.
То, как он крадется ко мне, не что иное, как хищничество. Он смотрит так, словно хочет причинить боль и разрушение. Так, словно он охотиться за мной, не за кем-то еще, а за мной.
И все же я говорю самым нейтральным тоном, каким только могу:
– Почему?
– Почему? – повторяет он, приподнимая одну бровь.
– Почему ты знаешь обо мне так много дерьма?
– Это вопрос века, не так ли? Почему? – Ян останавливается, когда его грудь почти касается моей.
Так близко, что я могу вдохнуть запах негрони, сильный и непреклонный, как и все остальное в нем.
Ян пьян. Нет, он в дрова. Удивительно, как он смог, не качаясь, встать с дивана и не упасть на него снова.