Я покачала головой, хотя этот вид вызвал одну из немногих улыбок, которые я смогла из себя сегодня выдавить. Ученик, несомненно, превзошел учителя — я была для этого недостаточно смелой.
Я продолжала попивать свой коктейль, пока прокладывала путь сквозь толпу.
Ведущий объявил, что Дани собирается выйти на сцену, и я хотела занять лучшие места, чтобы на нее посмотреть. Хотя, сначала я собиралась поздороваться с Лив.
— Оливия! — перекричала я шум толпы, когда была в нескольких футах от нее, и поняла, что от столиков меня отделяли перила. Мне нужно было обойти это небольшое ограждение, чтобы добраться туда, где она сидела. Оливия подняла голову, и я ей помахала, а затем пошевелила своими бровями, когда стрельнула глазами на парня, с которым она была. Тот, по-видимому, был вампиром и просто всосался в ее проклятую шею.
Ее глаза широко распахнулись, когда она узнала меня, а я хихикнула и кивнула.
— Поймана на месте! — проговорила я ей, и засмеялась. — Быстрая задница!
Сумасшедший взгляд был на ее лице, когда она отвела глаза от меня и посмотрела на своего нового мальчика для игр. Ее губы шевельнулись (она что-то ему сказала), и, как только группа Дани Рени заиграла первые ноты песни, он оторвался от ее шеи, повернулся и посмотрел мне прямо в глаза.
Улыбка умерла на моих губах, и я поспешно направилась вокруг этой гребанной ограды, все еще держа в руке свой напиток.
— Ну, это явный сговор, — я остановилась прямо перед столом, мой взгляд метался между ней и Грейсоном. — Когда именно это произошло?
— Когда ты перестала быть хорошей деву…
— Заткнись, черт возьми, — огрызнулась я на Грейсона, который решил ответить на вопрос, который был задан не ему. — Я не с тобой разговариваю. Пошел ты. Я говорю с сукой, которую считала своей подругой.
Я обратила свой хмурый взгляд к Оливии, которая выглядела так, словно хотела провалиться сквозь землю и умереть. В тот момент мне тоже хотелось, что бы именно это с ней и произошло.
— Ризи, я…
— Не называй меня Ризи. Друзья зовут меня Ризи. Для тебя я — Риз.
Она с трудом сглотнула, ее глаза метались, словно она искала путь к бегству.
— О’кей. О’кей. Я… эм… Я не хотела, что бы это случилось, мне очень жаль! Он начал приходить в библиотеку после того, как ты нас познакомила, и… и…
— И что? Ты поскользнулась и упала на его член? Ну же, черт тебя подери, Оливия!
Я имею в виду… знаю, что мы не лучшие друзья, но блин! Я всегда великолепно к тебе относилась, а ты делаешь это?
— Почему ты так злишься? — пробормотал Грейсон, и когда я посмотрела на него, на его лице была тупая ухмылка. — В любом случае, ты едва ли меня хочешь. Считай, что это движение вперед… без какого-либо причиненного вреда.
— Без вреда?! Только ты мог выдать мне что-то из этого… фу!
Я сделала глубокий вдох, успокаиваясь, чтобы не кричать во всеуслышание, что Оливия перетрахала добрых 10 % мужского населения нашего города. Во-первых, она имела право трахать любых одиноких мужчин, которых хотела. Во-вторых, это — ее дело, и в отличие от нее я не была достаточно сумасшедшей сукой, чтобы раскрыть эту информацию только из-за злости.
Направляя свою злость на Грейсона, я глумилась.
— Твоей банальной заднице, лучше чертовски сильно надеяться, что утверждение никакого вреда является правдой.
Он усмехнулся.
— Твоя ханжеская задница ничего не сделает.
— Продолжай так думать, — кивнула я, одаривая его кривой улыбкой, а затем повернулась к Оливии. — Позволь мне дать тебе последний совет: надеюсь, ты не думаешь, что выиграла какой-то приз в лице этого дурака. Он сделал это дерьмо со мной.
Он сделает то же самое и с тобой.
Каким-то образом найдя решимость улучшить свое положение, Оливия издевательски произнесла:
— Но я — не ты, Ризи. Ты научила меня некоторым вещам, да, но ты не можешь научить тому, чего не знаешь… например, как сохранить своего мужчину. У меня все в порядке.
Грейсон, сидящий сбоку от нее, засмеялся, и на лице Оливии появилась коварная ухмылка. За моей спиной ведущий объявил о завершении концерта Дани, и меня поразило осознание, что я пропустила то, из-за чего сегодня выбралась из дома.
И эти придурки думали, что это смешно.
О’кей.
Я бросила взгляд на свой стакан с наполовину выпитым напитком, а затем снова посмотрела на Оливию. В свободное время я смотрела много трэшевых реалити-шоу и видела, как там действовали женщины. Этого было достаточно, чтобы я подумала, что было бы глупо вылить напиток в лицо женщины, потому что я расстроена.