Помассировав голову, руки согрели Петру уши, по небритым щекам перетекли на шею, легли на плечи и начали легко разминать усталую трапецию. Шея - плечи – спина, спина – плечи – шея. Шея – плечи – спина… Петр застонал от удовольствия: - Лена!
- На «эл», но не Лена. Угадай с трех раз! – ответил ему глубокий грудной с жаркой хрипотцой голос. Руки со спины переместились на грудь и, не отрываясь, поползли вниз…
- Ай! Сволочь! Ты что? – Лилит трясла ладонями широко расставив пальцы, словно остужая их после ожога. – Это же просто массаж! (обычное оправдание)
- Прости! Я не хотел! … Не хотел, вот тебя и ударило.
- Ты же мужик …взрослый. Мог бы уже научиться управлять своими эмоциями!
- Эмоции я вполне контролирую. Но, видимо, игра реагирует именно на чувства. Допустим, ты жутко боишься … , к примеру, пауков – это чувство, но при хорошем контроле эмоций, ты можешь улыбаться, чтобы никто не заподозрил твой страх. Эмоции – это внешнее проявление чувств. Как одежда для тела. «По одежке встречают…», - Петра "понесло".
- Тебе мое тело не нравится? – Лилит даже перестала трясти руками – слово «тело», похоже, было для нее триггерным.
- Хороший аватар, - успокоил ее Петр. – Но не мой типаж. И место уже занято.
- Это не аватар! Это я такая на самом деле!- Лилит гордо подняла подбородок и повернула голову чуть в профиль, но, заметив сочувствующий, без насмешки, взгляд Петра, добавила:
- Была…
- Что случилось? – Лена вопросительно посмотрела на Лилит, потом на Петра.
- Девушка… Обожглась, - Петр кивнул на костер. Есть лекарство?
Лена внимательно посмотрела на мужчину, потом на Лилит. Улыбнулась. Достала из инвентаря и протянула Лилит клюквенный напиток.
Та отрицательно мотнула головой и грациозно покачивая бедрами удалилась на свое спальное место.
Лена присела на корточки рядом с Петром. Уперла локти в колени, а подбородок в скрещенные пальцы рук и, глядя на тлеющие угли костра:
- Разбудили тебя…
- Нет. Я сплю. Это мой сон, - Петр обнял девушку левой рукой.
«Если любишь, тогда дари,
Ничего не проси взамен.
Как подарки судьбы бери
Всё - от ревности, до измен...
Чувство это ... Закрой глаза,
Упокойся, укройся в нём:
Кто-то мудрый давно сказал,
Что мы жизнь называем сном
И живём лишь когда уснём....»
Такие разные люди
«Локация 0. Осталось дней – 996»
Позавтракав «чем Инвентарь послал», народ отправился охотничать и собирательствовать.
Светлана напросилась к Валентину, Кися взяла Серегу.
Петр и Лена решили наловить рыбы.
Звали Тимура и Лилит. Но Тимур занял освободившееся место на ковре и «на мягком» быстро уснул. Лилит сделала вид, что тоже не выспалась.
Вместо утренних «ритуалов» Петр предложил Лене пробежаться до берега. Та с восторгом согласилась. Вообще, она с радостью соглашалась на всякие быстрые телодвижения, хотя и быстро уставала.
Лена бежала неправильно, как бегают дети: расставив руки и наклоняясь из стороны в сторону, что-то крича – совсем не следила за дыханием.
«Поэтому и устает быстро!» - Петр отстал метров на пять и заряжался от девушки этой нерациональностью.
Вдруг Лена остановилась, присела и тихо захлопала в ладоши:
- Ой, кролик!
- Где? – Петр в «полуприсяде» добрался до Лены.
У ловушки, объедая застрявшие в решетках водоросли, кормился заяц. Ну, как - «заяц»? Серый зайчонок размером с кошку. На Урале охотники бы его пожалели.
- Заяц. «Морская капуста». Зайцы любят капусту. Все нормально.
- Хочу! – надув губки, потребовала «девочка».
- Будет! – рефлекторно сказал Петр. А кто бы отказал этим зеленым глазищам? – Останься здесь.
Петр осторожно поднялся и медленно пошел в сторону ловушки.
Заяц уселся на задние лапы и смотрел на Петра, непрерывно поворачивая из стороны в сторону вертикально поднятые длиннющие уши. Когда расстояние между теплокровными стало метров около семи, заяц сделал громадный (в сравнении со своими размерами) прыжок в сторону и пробежал еще несколько метров. Но, покосившись "косой", убедился, что его никто не преследует и остановился.
Похоже заяц с этой локации впервые видел людей и не догадывался о их коварстве. Пока же он с тревогой наблюдал, как Петр обдирает вкусные водоросли: "Всё съест или что-то останется?"
Петр ободрал водоросли. Потом он наклонил ловушку и подпер вершину, обращенную к Лене, прутиком из костра. Внутрь, теперь уже «заячьей», ловушки Петр положил водоросли и медленно направился к девушке.
Когда он присел возле Лены и повернулся в сторону ловушки, заяц уже крался к «капусте», постоянно останавливаясь и оглядываясь.