Прямые зеленые побеги, которые выполняют у саксаула роль листьев, нельзя было использовать в качестве стрел ввиду их крайней хрупкости.
Петр предложил три варианта использования древесины: очевидный – дрова; из четырех «углов» можно будет сделать рамки – основу для щитов; зеленые побеги – корм для их «контактного минизоопарка».
Начали рубить и ломать. Лена яростно вырубала «уголки» каменным топором, часто останавливаясь для отдыха. Петр ей не помогал: иногда помощь только во вред.
Валентин и Светлана ушли вперед, то ли на разведку, то ли по каким-то своим делам.
Некоторое время над рощей раздавался только стук топоров и хруст ломаемых веток.
Внезапно с той стороны, куда ушла парочка донесся жуткий хохот и через мгновение громкий женский визг.
«Валентин – оборотень!» - промелькнула у всех опытных РПГшников объясняющая эти звуки мысль. Но донесшиеся затем глухие удары, сопровождающее их кхекание Валентина, и непрерывный визг Светланы выявляли наличие третьей стороны.
- Стоять! - на бегу крикнул Первый женщинам и Родиону ( Кристина сама не рвалась; Тоня привыкла слушаться старших; Эля, после общения с полицией, пугалась, если на нее громко кричал мужчина в форме; а Лена вовремя одумалась).
Кися же, мало того, что проигнорировала приказ, так ещё "аки быстроногая лань", возглавила колонну мужчин.
Валентин стоял на одном колене, схватив левой рукой за переднюю лапу здоровенную пятнистую гиену, вцепившуюся ему в руку своей черной пастью, и лупил ее топором по голове и … куда попало. Вторая тварь терзала его правую ногу.
Эту тварь, в свою очередь, копьем терзала, непрерывно визжа, Светлана. Визжала Света не от страха – это самый действенный призыв на помощь (она читала в интернете). Копьем девушка действовала вполне умело и у гиены уже не было одного глаза.
Но один глаз у зверюги оставался и, когда она им разглядела приближающееся «свежее мясо», то отскочила с громким «У-у-ээ!», предупреждая товарку. А та была схвачена могучей рукой Валентина.
В пять топоров и одно копье жизнь гиены была наконец оборвана.
Одноглазая ее подруга побегала-побегала, соблюдая дистанцию, и умчалась, загнув хвост под брюхо и прохохотав напоследок что-то типа «I will be back!».
- Лена! Тоня! – Петр вызвал «скорую помощь». – Светлана, раздевай нашего героя. Да не это! Поножи и наручень! Пусть Тоня кровь остановит. А ты, Лена, начинай «лечить». Я тебе потом «Силу Духа» верну.
Пока три жрицы хлопотали вокруг бойца, остальные члены отряда рассматривали лут, выпавший из зверя.
Судя по размерам шкуры это был крупный экземпляр: в длину сантиметров 160-170 и в холке больше метра. При таких размерах гиена могла весить килограммов 80-90. В мешочке с лутом нашлись, кроме шкуры, десять кусков стандартного сырого мяса, одна большая кость, три клыка и пять когтей.
Учитывая прочность шкуры, величину и остроту клыков и когтей, в одиночку и без защиты с парой зверей Валентин мог бы и не справиться. Но на груди его была прочная броня, а рядом верная подруга.
Впрочем, вечером броня и подруга, скорее всего, поменяются местами.
Помощь товарищей тоже была не лишней. Так снисходительно оценил вклад соратников подлеченный Валентин.
Петр принудительно остановил процесс закачки Леной «Силы Духа» в реципиента. Девушка могла перестараться и навредить себе. Она уже и так находилась в полубессознательном состоянии. Храмов занял место отползшего Валентина и поток «силы» пошел в обратном направлении.
- Сюда! – раздался крик Игоря. – Здесь у них нора!
Игроки гурьбой побежали на зов.
Округлая нора сантиметров 70 в ширину и 40 в высоту была вырыта прямо в ровной поверхности и наклонно уводила вниз в темноту.
Следопыт уже лез в эту нору.
- Осторожнее! – Тоня потянула Игоря за ногу.
- Сужается, - констатировал Игорь. – Дальше не могу. Только рукой. Ай, сволочь! – внезапно заорал он и был моментально вытащен из норы за ноги Антониной и примкнувшим к ней Серегой. Рука Игоря была либо укушена, либо оцарапана когтями и кровоточила. Тоня взяла эту руку в свои заботливые.
- Там щенок. Или щенки. Как достать? – сомнений в том, что доставать нужно у Игоря не было.
Любопытство – великая сила. Единственное чувство, которое есть и у Бога, и у человека.
- Гиены – это же кошки, а кошки любят рыбу, - «птица-говорун (в миру – Светлана) отличалась умом и сообразительностью».
- Молодец! - Петр Первый первым бросил жареную рыбу в развёрстую пасть … пещеры.