Не так быстро!
- Хорошо, - опять повторяю. – Не хотите… кхм… мирно договариваться, тогда я вызову… эмм… своего юриста! Еще сейчас позвоню в полицию и узнаю, почему никто еще не приехал. Вызову журналистов! Такие варварства должны освещаться везде! В каждой газете, на телевидении, в интернете! Да, везде! И… и наш ресторан я вам не отдам!
Выпаливаю это и пулей вылетаю из кабинета, хлопая дверью.
Да, трусливо бегу, потому что боюсь его. И находиться с этим типом в замкнутом пространстве страшно!
Да и, если честно, у меня связей таких нет, чтобы привлечь сюда и телевидение, и журналистов. И юриста у меня нет. Разве что Юра с юрфака, с которым я хорошо общаюсь. Это сейчас я вынужденно нахожусь почти год в академ. отпуске, но раньше мы с ним часто общались на обеде в университетской столовой.
Вылетаю в зал, тяжело дышу. Кажется, воздуха не хватает.
Помощник этого наглого мужика смотрит на меня неодобрительно и с подозрением. Глаза красные. И мне его жаль, но он сам виноват. Не надо было меня хватать за руки. И вообще к нам в ресторан не надо было ему приходить!
- Ксюша, - подбегает ко мне Маша, одна из наших официанток.
Потом косится на мужика с красными глазами, откашливается и более официально:
- Ксения Анатольевна, там тот мужчина потребовал кофе в кабинет. Ему отнести? Или я что-то не так поняла?
Пытаюсь взять себя в руки. Делаю глубокий вдох, медленный выдох. Повторяю этот ритуал несколько раз.
Слабо помогает. Но нельзя расклеиваться и опускать руки! Никто мне не поможет. Тем более с таким непробиваемым типом! Ему даже всё равно, что мой отец в больнице с инфарктом, и я элементарно не могу выяснить, что произошло с нашим ресторанчиком.
Помощник все так же с подозрением следит за мной.
- Маша… - начинаю я, но тут же вздрагиваю от низкого властного рыка за спиной:
- Где мой кофе?
- Ой… Извините… Я... – начинает оправдываться Маша.
- Уволена! – рявкает этот тип, если не ошибаюсь, Кондратьев.
Именно такую фамилию я увидела в бумагах, которые мне показал его помощник.
Маша белеет. У нее больная мать, и они еле сводят концы с концами. Эта работа очень важна для нее и ценна!
- Вы не можете увольнять моих людей! – не выдерживаю я, резко поворачиваясь.
Теряюсь под взбешенным взглядом. Даже хочу трусливо отступить на пару шагов назад.
С кем пытаюсь тягаться? Да я и не пытаюсь, если честно. Просто не хочу отдавать то, за что я боролась целый год! Еле сводила концы с концами, но удалось выйти в плюс, с учетом внушительных ежемесячных сумм по кредиту.
- Моих людей, ты хотела сказать! – пугающе рычит Кондратьев.
Я судорожно сглатываю и продолжаю выдерживать этот тяжелый взгляд.
Очень пугающий мужчина… Никогда таких не встречала. И с радостью бы уже отсюда сбежала, подальше от него… Но сдаться просто не имею права!
- Закрывай эту дыру, Андрей! – рычит он опасно спокойно своему помощнику, продолжая прожигать меня взбешенным взглядом.
- Нет! – выкрикиваю раньше, чем успеваю подумать.
Всё внутри кричит, что я играю с огнем!
Помощник ошарашено смотрит. А сам Кондратьев готов меня задушить взглядом. По крайней мере, руки у меня трусливо дрожат.
- Нет? – рычит. – Я тут буду решать, что да, а что – нет! Уяснила?
Коротко киваю. Но продолжаю упрямо смотреть ему в глаза. Он сверлит меня немигающим взглядом. В зале повисает гробовая тишина.
И тут откуда-то появляется Маша, которая успела сбежать во время этих разборок.
- Десерт за счет заведения! – испуганно бубнит она, пытаясь, видимо, сгладить ситуацию. – Таких десертов вы точно не найдете нигде во всей Москве!
- За счет моего заведения! – рычит взбешенный Кондратьев.
Маша пугается еще больше, чуть не роняет поднос, но я беру удар на себя:
- Хорошо… Да… За счет вашего заведения. Но дайте нам сегодня принять гостей, - примирительно прошу. – Сегодня у нас отмечается день рождение сына моей знакомой… Если вы закроете наш… кхм… ваш ресторан, то мальчик останется без праздника!
Хищный прищур ничего хорошего мне не сулит.
- Мне плевать! – следует закономерный ответ.
Да, я уже поняла, что ему вообще, абсолютно, на сто процентов всё равно!
На Машу, которой эта работа нужна, как воздух.
На маленького Лешу, у которого впервые такое важное празднование, на которое впервые в его жизни придет много друзей.
И, конечно же, на меня!
- Может, - дрожащим голосом говорю я, - вы пока изучите наши отчеты, меню… В кабинете. Маша вам туда принесет кофе, десерты… Может, что-то другое, что вы заходите… Но, пожалуйста, дайте провести этот праздник…
Не хочу просить. Но еще больше – не хочу лишать праздника своего крестника. А еще я знаю, что этот праздник принесет нашему ресторанчику хорошую прибыль. Такие мероприятия у нас – огромная редкость, поэтому я борюсь за каждое.