Бой, а точнее избиение неодов, стих как-то сам собой. Парочка динозавров без фургонов и часть магов ухитрились сбежать в лес, остальные остались лежать в поле. Выстрелы и заклинания стихли, а к позициям дружины подъехали, взрыкивая моторами, танки. Илья с облегчением отменил свои команды – хвала небесам, в этот раз не пришлось выкладываться до отключки, внутренний указатель степени хреновости остановился на отметке «весьма хреново» рядом с отметкой «исключительно хреново».
Один из танков остановился у самого командирского окопа, рядом с домом. С брони спрыгнул мужчина в имперской форме и поспешил к ним.
– Рад видеть, пехота, – крепко, от души пожал руку Добрячкову тан Нейдд. – Натворили мы сегодня делов… Спасибо за помощь, без вас мы бы целиком колонну не накрыли. Эх, хорошо получилось! – Показал он широким жестом на туши убитых динозавров, перевернутые фургоны и трупы неодов. – Такой великолепной картины я с начала войны не видел! Наших сгоревших колонн и разбитых машин – сколько угодно, а вот их в таком количестве – первый раз. Плюс еще к тому, что вы сами наколотили… Готовь дырку для ордена, тан, быть тебе вскоре ярлом.
– И тебе поздорову, разведка, – радостно улыбнулся подполковник. – Аяна, сбегай в дом, распорядись нам насчет чаю, – отослал он из окопа магичку. – Закурим? – Достал из кармана кисет с табаком Добрячков.
– Не, это я тебя должен угостить, – помотал головой разведчик. – У меня папиросы, офицерские, – протянул он подполковнику портсигар. – Перед наступлением выдали.
– Просьба одна есть, – сказал подполковник, затянувшись ароматным дымом. – Драконы мои дохлые уже пованивать стали, несколько дней лежат. Попроси танкистов, пусть пара машин зацепит их тросами и свезет куда подальше в кучу.
– Сделаем, – кивнул Нейдд. – Но не сейчас.
Добрячков удивленно поднял брови.
– Про твоих битых драконов наш хевдинг наслышан. Я ему лично докладывал. Про то, что мы в деревне, он уже должен знать. Думаю, скоро приедет сам полюбоваться на ваши художества и фронтовых корреспондентов с собой привезет, им фотографии битых магов нужны как хлеб, даже больше хлеба. Сам понимаешь…
– Понимаю.
– Пусть они все поле боя поснимают с разных ракурсов. Картинка для фронтовой передовицы «громим нещадно врага» получится – на загляденье. А потом уже стащим трупы куда-нибудь.
– А как ваш хевдинг, нормальный мужик? – доверительным тоном спросил офицер.
– Тольм хевдинг боевой, – подумав секунду, сказал Нейдд. – И мужик неплохой. Нашу танковую бригаду вел с боями от самой границы. Хотя еще две недели назад в ней оставались лишь три машины и пара сотен бойцов. Нас только перед наступлением хорошо пополнили.
– Если так, то есть у меня одна мысль… – с улыбкой сказал подполковник. – Я до славы не жадный. Давай большую часть наших дохлых драконов вам во фронтовую сводку запишем, поговоришь с хевдингом? Всей бригаде польза будет. Мы же ополченцы, сколоченные с миру по нитке, боюсь, нас на переформирование отправят. Раздергают боевую дружину по частям, несмотря на заслуги, и попадем мы поодиночке куда Макар телят не гонял. Оно нам надо? Но если хевдинг замолвит словечко и возьмет нас в бригаду, то всем будет хорошо. Как думаешь, вариант?
– А ты хитер, – улыбнулся в ответ Нейдд. – Хочешь и дальше своими людьми командовать? Понимаю. Если ваша дружина будет числиться в бригаде, то и уничтоженных драконов надо считать на всю бригаду?
– Именно. Зачем штабным разбирать, кто и в какое время их наколотил? А так – и мы пристроились, и хевдингу почет. Его танкисты здесь наступали – его и слава.
– Поговорим, – задумчиво сказал Нейдд. – Мысль дельная, нам в бригаде такие герои, как вы, пригодятся.
– Илья и Аяна – дело есть. Взаимовыгодное, – тоном заговорщика сказал парочке Тродд, задержав их рядом с домом. На поле боя уже совсем стемнело, и Илья собирался в скором времени лечь спать, благо отдохнуть после сражения не мешало, а никакими делами лучшего мага дружины подполковник не нагружал.