В предрассветной темноте было вообще непонятно, кто куда едет, бежит и стреляет. Бойцы-десантники третьего хирда перепутались с гвардейцами и соседями. Стреляли все – танки, люди, маги. Ревели моторы, рядом с танком кто-то бежал и что-то орал, вовсю разевая рот, но крика не было слышно. Близкие вспышки молний и огненных стрел ослепляли, после них перед глазами плавали яркие световые круги, и непонятно было, открыты они или закрыты. Когда ворвались на позиции неодов и пошла рукопашная схватка, все перепуталось окончательно. Илья увидел, как внезапно поднявшийся из окопа маг разрубил своим светящимся, словно лазерный меч у киношного джедая, посохом двух атакующих гвардейцев. Два взмаха, и людей просто разрезало на части.
«Силу у мага рядом со светящимся посохом забрать», – прошептал парень.
«Принято».
«Лазерный меч» неода тут же погас, и штык подбежавшего здоровенного гвардейца в черном бушлате и нагруднике вошел ему в живот на всю длину.
Потом маги как-то кончились, и машины вырвались на простор. Илья понял, что дело было жарким – от его утренней легкости не осталось и следа, временами студента подташнивало – щитам ультамита пришлось поработать на славу. Впереди виднелись лишь несколько фигурок убегавших неодов и ездовых динозавров. Вырвавшиеся вперед танки добивали их из пулеметов.
Танки третьего хирда остановились на полевой дороге метрах в трехстах впереди от уничтоженных вражеских позиций. Постепенно к ним подтягивались десантники, несли раненых, поодаль вставали машины соседей. Вскоре Илья увидел Добрячкова, который на ходу что-то жарко обсуждал с командирами второго и четвертого хирдов, тыча пальцем в черный кожаный планшет с картой.
Из своей машины выбрался Вайсор и подошел к ним, присоединившись к обсуждению. Парень отвернулся, устало откинулся затылком на холодную броню, прикрыв глаза. Над дорогой уже светало, и небо было затянуто облаками. Ая сидела рядом, тихая как мышка.
– Как дела, Илюх? – услышал вскоре Илья подошедшего к машине подполковника.
– Бывало хуже. Я пока еще ничего.
– А ты, Аяна? – Голос Добрячкова был полон заботы.
Ведьма медленно повернула к нему свою голову. Лицо у нее было застывшим, как каменная маска.
– Вы снова убивали неодов. Но я… И я тоже с вами, и… – девушка издала горлом странный звук, то ли всхлип, то ли глубокий вздох.
– Ну вот, опять… Аяна, будь умницей, не бери это сейчас в голову. Не надо, не время и не место. Война вообще гадкое дело, а на тебе вины нет. Лучше сделай вот что – у нас раненые в сторонке лежат из нашего хирда. Немного, с десяток. Вылечи их, пожалуйста, пока никто из чужих не видит. Мы теперь все вместе с тобой в одной лодке, сама понимаешь. А работа – лучшее лекарство от плохих мыслей. Илюш, дай девушке руку, помоги слезть с брони…
Слова, а может, сам тон голоса подполковника подействовал на девушку успокаивающе. Она выпрямилась, вытерла ладонью лицо, как-то встряхнулась и сама спрыгнула вниз.
– Показывайте куда идти, господин ярл.
– Вон машина Вайсора стоит. За ней увидишь раненых. Посмотри их пока. Я Илью быстренько проинструктирую насчет щитов на марше и отпущу к тебе для лечения.
– Не нравится мне ее состояние, – сказал Илье Добрячков, когда ведьма отошла подальше. – Ая мучается из-за своего предательства, а ты баклуши бьешь. Хочешь, чтобы я ее за тебя утешал? Сам не справляешься?
Илья наморщил лоб, пытаясь сообразить, что имеет в виду ярл. Голова после боя работала с перебоями. Потом сообразил, и это ему не понравилось.
– Наши отношения с Аей не ваше дело, товарищ подполковник.
– Ошибаешься, мое. Ведьма полезна для всех нас. Без тебя нам вообще каюк, но и ты без поддержки Аи долго не протянешь. Я в курсе, что она тебя вчера лечила, и сегодня в бою оценил результат. Но разве ты не видишь, что у нее сейчас крышу сносит? Еще раз спрашиваю, мне что, выполнять твои обязанности за тебя? Тебе магичка не нужна?
– Да пошел ты, – неожиданно для себя зло выпалил в лицо подполковнику парень. – Ая моя!
Добрячков внимательно посмотрел Илье в глаза и вдруг улыбнулся.
– Ну, наконец-то эмоции прорезались, а то ты все время то больной, то гашеный… Не надо злиться и материться на командира, Илюша. Ты эту кашу сам заварил. Я вижу, что ты к ведьме неравнодушен. Имей в виду, Ая мучается из-за своего предательства, ей якорь нужен, чтобы крышу совсем не унесло. Если сорвётся, будет опаснее обезьяны с гранатой. А нам всем нужна её работа, и потому – хорошее самочувствие, настроение и лояльность. Ты, Илья, первый, кто отнёсся к ней по-человечески, спас жизнь. И связан с ней совместной работой. Так какого чёрта я её утешаю, слёзки утираю, а не ты?!!! У тебя сколько баб было?