– Не будем отрываться от десанта и нарываться на неприятности, – сказал он Вайсору, отдав приказ его «вепрю» остановиться. – Хватит испытывать удачу. Илюша наш опять, поди, в предынфарктном виде, надо его проверить. И село лучше взять целым, без боя. Впереди зима, людям нужно жилье.
– Согласен, – кивнул тан, высунувшийся из люка и рассматривающий в бинокль картину вражеского бегства. – И так с логодромом неплохо получилось. Никогда не думал, что я, танкист, запишу себе на счет нескольких виверн, как летчик-истребитель.
– Лучшее средство ПВО это наши танки на аэродроме противника, – улыбнулся ему Добрячков. – Старая истина, проверенная временем.
– Все же на логодроме, господин ярл, – поправил подполковника Вайсор. – На аэродроме самолеты. Не будут же люди воевать друг с другом?
Добрячков отправил дружинников рыть окопы на окраине села сразу же, не дожидаясь вечера. Земляне и мобилизованные еще Нильдом ополченцы были недовольны – после успешного боя копать подмерзшую землю никому не хотелось. Настроение было самое боевое – мы наступаем, впереди Нельск. Зачем танковым хирдманам, быстрым, как ветер, и несокрушимым, как броня, уподобляться обычной пехоте? Да еще не пообедав – грузовики, обе полевые кухни и прочее хозяйство хирда безнадежно отстало. Но Тродд и десяток бывалых бойцов из отряда Нильда подполковника поддержали.
– Вечером налопаетесь вдосталь, – заявил Тродд в ответ на недовольное бурчание. – И выспитесь под крышей в тепле, в селе домов много. А сейчас погрызите на скорую руку сухарей и за работу. К ночи всему хирду приказано окопаться. Танки укрыть и замаскировать, отрыв для них окопы со съездами. Вайсор покажет, где и какие. Неод может контратаковать в любой момент, мы под самым Нельском сидим.
– Какой смысл спину себе ломать, тан? – возразил какой-то молодой боец из ополченцев, сворачивая себе самокрутку. – Это же сколько работы – для танка окоп саперной лопаткой долбить. Если что – наш Илюха без всяких окопов всех от огня неодов прикроет, это его работа. Или пусть для начала ведьма своими заклинаниями землю подогреет, замерзло все.
– Кто это сказал?! – тут уже взъярился стоявший рядом Добрячков. – Ты! – Его горящий взгляд безошибочно нашел молодого парня. – Мало того что, защищая тебя, раздолбая, защитник выкладывался по полной и чуть не помер, так еще и целительница за тебя должна окопы рыть? А ты копать не хочешь? Хочешь за их спинами отдыхать? Может, за тебя еще и неода бить кто-то другой должен, а ты в тылу отсидишься? Говори, говори, не стесняйся…
– Рядовой Наллд, господин ярл, – побледнел боец. – Прошу меня простить, ляпнул не подумав. Виноват, господин ярл.
– Чтобы в следующий раз думал лучше, будешь сегодня рыть за двоих. Вадд, он из твоих, колнинских?
– Так точно, господин ярл.
– Проследи.
– Будет сделано. Не беспокойтесь, господин ярл, мы с мужиками ему мозги вправим. Молодой еще, дурак…
– Надеюсь. Еще в хирде думающие, как Наллд, есть? – спросил Добрячков притихших бойцов.
– Будем считать, что нет. Илья и наша магичка выкладываются полностью, все это видели в бою. Можно сказать, на своей шкуре почувствовали. Я тоже делаю все, что могу. Поэтому и от вас потребую того же самого. Несогласным щита от Ильи и лечения от Аяны не положено, а спецотдела я не боюсь. Понятно выражаюсь?
– Так точно! – Ответ бойцов был хоть и не синхронным, как в строю, но вполне единодушным.
– А еще прекращаем называть целителя Аяну Тентами ведьмой. Ведьмы все там сидят, – показал рукой на запад подполковник. – А у нас есть боевой товарищ, боец Аяна, военврач по специальности, привыкайте быстрее.
Окопы отрыли к вечеру, благо хирдманы получили помощь со стороны жителей деревни. К тому же земля оказалась не столь уж мерзлой – зима еще не началась. Молодых и сильных мужчин в селе почти не осталось – кто-то ушел в армию или просто сбежал от магов, некоторых угнали в Крейс неоды. Но женщины, старики и подростки вызвались сами рыть окопы и помогли бойцам с инвентарем.
Обратно под неода никто идти не хотел – навидались разного нехорошего. Маги в оккупации были не то чтобы намеренно жестоки с деревенскими – они просто считали их кем-то вроде разумной говорящей скотинки. Брали в горницах и амбарах все, что хотели, не обращая внимания на хозяев. Некоторых вообще выгнали из понравившихся домов на все четыре стороны. Если им что-то было нужно от людей – отдавали приказ жестами или на ломаном имперском языке. Не понял, чего от тебя неод хочет, или побежал исполнять приказ недостаточно быстро – твои проблемы. Могут ожечь болью, слегка или до шока, а могут и на месте убить боевым заклинанием – как магу захочется. Были такие случаи. Поэтому имперские войска жители Зеленого Бора встретили с радостью, как освободителей. Хотя… организовавшему принесших лопаты, топоры и тачки деревенских жителей старосте явно хотелось, чтобы дружинники рыли окопы где-нибудь в сторонке, подальше от села. Пожилой, с седой бородой мужик понимал, что в случае полноценного боя от их домов может ничего не остаться. Но тут уж ему оставалось только вздыхать – Добрячкову было виднее.