Наши с Мелани отношения закончились катастрофой. Та же участь, вероятно, ожидала меня и с Люси, но, черт возьми, она была там, сидела на той скамейке, потому что я не смог отправить ее восвояси.
— Мы собираемся это сделать или как? — рявкнул Трэвис с возвышения питчера.
Я отвернулся от Люси и направился к домашней базе, бросив на него свирепый взгляд.
— Остынь, Трэвис.
— Неважно, — пробормотал он достаточно громко, чтобы я услышал, потому что он знал, что это выведет меня из себя.
— Осторожнее. — Я указал на его нос, затем присел в стойке кетчера за базой.
Едва я был на месте, как он развернулся и запустил мяч в мертвую точку. Жжение сквозь кожу моей перчатки попало в ладонь. Когда он был моложе, я вытягивал руку и встряхивал ее. Показывая, насколько это больно.
Но в данный момент я был слишком раздражен, чтобы раздавать похвалы.
Мне не нужно было вставать, чтобы так же быстро отбить мяч. Он с резким звуком ударился о его перчатку, и он поморщился. Трэвис мог злиться и бросать мяч так сильно, как ему хотелось, но факт оставался фактом: у меня все еще была более сильная рука.
После нескольких подач Трэвис расслабился, и мы вошли в знакомый ритм. Никто из нас не проронил ни слова, пока он обрабатывал свой мяч. Мои мышцы расслабились, и напряжение в плечах таяло с каждым шагом. Было трудно продолжать злиться на этого парня. Мое недовольство им никогда не длилось долго, особенно когда мы играли в мяч.
— Мило. — Я поймал подачу и встал, давая коленям передохнуть. — Теперь давай поработаем над твоей подменой (прим. ред.: тип подачи в бейсболе. Подмена — это основная подача без скорости, часто используемая в арсенале питчера).
— Хорошо. — Он поймал мяч, когда я отбил его назад, и поправил бейсболку.
Прежде чем вернуться на позицию позади домашней базы, я оглянулся через плечо на Люси.
Она подняла лицо к небу, позволяя солнечным лучам заглядывать под поля ее бейсболки. Ее глаза были закрыты, а губы сложились в легкую улыбку.
Красивая. Такая чертовски красивая. К черту журнальные фотографии. Я бы предпочел смотреть на нее на этой скамейке часами.
— Дюк, — рявкнул Трэвис.
Умиротворенное выражение лица Люси исчезло, и она открыла глаза, опустив их на поле.
Я одарил ее ухмылкой, затем вернулся на свое место за домашней базой.
— К чему такая спешка, Трэвис?
— У меня нет целого дня.
— Ты устроился на работу, о которой я не знаю? — На прошлой неделе его уволили с работы в хозяйственном магазине за то, что он не появлялся вовремя восемь дней подряд.
— Нет.
— Тогда расслабься. И давай тренировать подмену. — Я протянул ему свою перчатку.
Он стиснул зубы и бросил мяч, но тот сорвался с места и ударился о сетку.
Как раз напротив того места, где сидела Люси.
Она вздрогнула, но не закричала и не закрыла лицо руками. Как будто она ожидала этого.
Я встал и пошел за мячом.
— Прости.
— Все в порядке, — она понизила голос, — но, может быть, мне лучше уйти.
— Останься. — Не только ради меня, но и потому, что Трэвису в какой-то момент придется научиться справляться с этим. — Пожалуйста.
Люси кивнула.
— Хорошо.
Я подошел к возвышению питчера и поднял мяч.
Трэвис потянулся, чтобы выхватить его у меня из рук, но я отдернул руку прежде, чем он успел к нему прикоснуться.
— В чем проблема? — спросил я.
— Ни в чем. Я промахнулся.
— Не вешай мне лапшу на уши, Трэвис. Это была худшая подача, которую ты сделал за последние недели. Ты не промахнулся. Ты бросил этот мяч именно туда, куда хотел, так что я спрошу еще раз. В чем проблема?
— Ни в чем. Я просто промахнулся. — Его кулаки разжались, а челюсть расслабилась. В конце концов, он, возможно, и смог бы провернуть эту ложь, но его глаза выдавали его. Он смотрел через мое плечо на Люси.
В любой другой день я бы усадил его, здесь и сейчас, и провел тот же разговор, который вел с ним сотни раз. Я не собирался снова встречаться с его мамой. Не важно, как сильно он этого желал. Неважно, сколько раз он умолял.
Мы с Мелани никогда не подходили друг другу.
— Ты хочешь попрактиковаться? — Я протянул ему мяч.
— Да.
— Тогда соберись и давай поиграем.
Он кивнул и опустил взгляд в грязь, а я вернулся к своей базе.
Этим летом мы с Трэвисом тренировались здесь каждую пятницу. Это было единственное утро в будний день, когда у него не было летней школы, что совпадало с моим выходным. Мы проводили вместе несколько часов, прежде чем у него начиналась дневная смена в хозяйственном магазине — только теперь его уволили.