- Внеплановый ритуал? - снова повторил господин Эс.
- Ну, понимаешь, Драконьего леса раньше не было на Тринне, - донес до него Тельбарт с такой невозмутимостью, будто эта информация не стоила ни гроша. - Были Саберна, Никет, Вилейн, чертова Талайна и Хальвет. А между ними - выжженная солнцем пустошь.
- Да, - согласился опекун лорда Сколота. - Верно.
- Угу, - сонно кивнул король. - А потом наш отец принес на Тринну моего далекого предка. И, чтобы не заниматься посадкой леса вручную, решил вырастить его на крови.
- Ваш отец?
Юноша скривился:
- Не спрашивай. Я даже не представляю, кто это, хотя господин Шэтуаль говорит, что знает его лично. Господин Шэтуаль приходит раза четыре в год, - сообразив, что сейчас ему зададут очередной вопрос, пустился в описания Тельбарт. - Приносит всякие полезные штуки. Лекарства, например, или вот чай... попробуй, кстати, он очень вкусный...
Господин Эс помедлил, прежде чем взять со стола широкую глиняную чашку и поднести ко рту.
Во всей этой ситуации он мало что понимал, и это «мало что» ему не нравилось, как не понравилась бы заноза в пальце. Или в заднице, раздраженно подумал он.
Какой-то «отец» принес на Тринну изначального короля народа хайли и небольшую команду его подчиненных. Так получается? Так. Сажать лес ему было, вообразите себе, лень, и поэтому он заплатил земле кровью, чтобы она скрыла хайли от глаз людей. Так получается? Нет - он все еще платит, но платит, сволочь, не своим здоровьем, а здоровьем своих детей. Иногда его мучает совесть, и он передает им лекарства через некого Шэтуаля, чье имя звучит знакомо и не вызывает счастливых ассоциаций. Без шуток, знакомо - но господину Эсу, работавшему с доброй половиной благородных жителей Карадорра, найти среди сотен вариантов правильный было так же трудно, как из кучи селедок вытащить единственного анчоуса.
А еще получается, что Драконий лес - это капкан, и выбраться из него можно, только откусив себе лапу.
Будет, о чем поразмыслить ночью, сказал себе он. Все равно в последнее время я толком не сплю - все чудится, что Кит пересек границу Мертвой Пустыни и шляется по Соре, со своими аккуратно подвязанными светлыми волосами и янтарной каймой вокруг радужки. Но это бред, он выгнал меня вовсе не для того, чтобы через двести пятьдесят лет поймать за рукав и позвать: «лаэрта?»
- Ты выглядишь таким одиноким в реальности, - пожаловался Тельбарт. - Мне казалось, ты не такой. Ты не был похож на человека, способного таскать за собой ребенка из племени людей, лишь бы не торчать наедине со своими страхами.
Господин Эс удивленно опустил чашку:
- Прости?
Король поправил белую косичку, убедился, что она по-прежнему крепко привязана к своей сестре, и совсем не по-королевски почесал нос:
- Я о тебе читал. В книге «Shalette mie na Lere». Ее ведь написал человек, сотворивший этот мир, я прав?
- Да. - Голос опекуна лорда Сколота неожиданно дрогнул. Нет, пожалуйста, не тут, не это, не он. - Да, «Shalette mie na Lere» - это дневник моего приятеля Кита. Здорово, правда?
- Вовсе нет, - покачал головой Тельбарт. - Я считаю, что вы оба достойны куда лучшей судьбы, чем такая. Неужели нет способа уйти от эффекта, который дает песок? Неужели нельзя его... м-м... исчерпать?
Господин Эс выудил из-под стола бутылку и опрокинул ее содержимое в себя. Не абсент, не твой любимый абсент, но тоже... трогает.
Впрочем, король народа хайли не вызывал острого желания пойти разбить себе лоб о стену. Он скорее интриговал - своим поведением, уравновешенным и мягким. Порой те, кому удавалось получить книгу о создании живых земель, окликали господина Эса посреди улицы - «laerta?» - порой ловили за рукав и долго, потрясенно приглядывались к чертам лица, но еще никто не относился к нему с такой невозмутимостью.
Обычно перед ним испытывали страх. Мол, вечное, бессмертное, наполовину слепое и злобное существо - ах! Бежим, прячемся в погребах и поспешно уничтожаем запасы малиновых, смородиновых и прочих наливок. А может, и вин, как в этом чудесном замке - хотя Тельбарту господин Эс подсунул этот дивный напиток сам.
- Чего у тебя в душе, - хрипловато протянул он, - больше всего, а, твое величество?
Юноша ничуть не обиделся.
- Наверное, надежды, - послушно предположил он. - А что?
- Ты сумел бы ее исчерпать?
- Ну... в теории - да. Другое дело, что из-за этого я стал бы несчастным.