Мужчина сглотнул. Разговаривать с покойником - бред, невероятный бред, но вот же он - голос, четкий и такой замученный, будто его хозяина привязали к телеге за лодыжку и волочили от западного к восточному побережью Карадорра.
- Я не «чистый», - прошептал он.
Взывающий рассмеялся:
«Мне жаль, но ты ошибаешься ничуть не меньше меня».
Мужчина опустился на пол у противоположной колонны. И смотрел на тень через ритуальное помещение, залитое кровью «чистых» - и кровью тех, кто желал убить на алтаре его Лойд.
- Объясни, - попросил Талер. - Я читал о детях племени Тэй в архиве, в тот самый день, когда сюда пришла человеческая армия. Я читал, что все вы... все мы - носители кода «Loide», и что он повторялся, пока жители Вайтер-Лойда женились на своих матерях и сестрах. А потом пришло наказание...
Тень склонила голову:
«Так все и было. Но ведь помимо нас, переступивших запрет, были и те, кто ушел и выбрал судьбу сродни человеческой».
- Вы о господине Лерте?
«Именно. Лерт ушел - и сделал так, что код абсолютно «чистого» Гончего болтался на стыке ДНК людей, пока ему не приглянулся ты. Благодарен, - повторила тень. - Я благодарен. Все ненавидели брата Повелевающего с тех пор, как он пропал за воротами, но в итоге выяснилось - он был более прав. Мой род в агонии, мой род умирает, от него остались жалкие, почти бесполезные крохи. Но основа, великая основа все же соблюдена - есть Повелевающий, а при нем - Гончий».
Талер укусил себя за костяшку пальца.
- Эти Повелевающие... Гончие и Взывающие, как ты... что они, по сути, такое?
Тень помолчала.
«Известный тебе «Loide» по желанию Творца делится на три типа. Гончие - это защитники, охотники, убийцы, ударная сила Вайтер-Лойда. При полном запуске витков становятся безжалостнее демонов, а бывает, что их память резонирует с памятью их родителей или далеких предков. Гончие обязаны охранять Повелевающих и подчиняться любому их слову. Такхи, милая Такхи за миг до смерти наверняка велела тебе ее спасти, и ты, конечно, спас, но человеческое тело не выдержало мощи кода. Поэтому ты здесь, поэтому ты вернулся на алтарь. Я должен сообщить - два раза такая удача не повторится. Еще один, и ты - пепел или, если угодно, звездная пыль».
Талер нахмурился:
- Что за Такхи?
«Ну как же. Девочка, моя дорогая «чистая» девочка, жертва, так и не погибшая во имя священного ритуала. Повелевающая. Ты, вероятно, не заметил, но она руководит всеми твоими помыслами, играет, словно марионеткой. Ты - очень удобное оружие. Ты - клинок, а ее ладонь крепко сжата на твоей рукояти».
Соображать было трудно. Его мутило, он щурился, но тень, как ни крути, продолжала двоиться и троиться, прыгать над полом, как ненормальная, и в ту же секунду он осознавал - нет, на самом деле она сидит на месте, это у меня глаза... испортились...
- Повелевающие управляют Гончими?
«Не только Гончими. Они управляют всеми носителями кода. Вернее, так было до нашего наказания. Потом Повелевающих стали приносить в жертву - куда раньше, чем они успевали что-нибудь о себе узнать. Потому что никто, кроме них, не рождался «чистым»».
- Лойд... то есть Такхи... не знает, верно?
«Сомневаюсь. Ведь она выросла бок о бок с людьми».
Талер выдохнул.
- А... Взывающие? Почему ты, будучи мертвым, по-прежнему остаешься тут?
«Потому что я - память. Взывающие - это сетка связи над Вайтер-Лойдом. Что-то вроде ваших человеческих телепатов, но телепаты не умеют общаться между собой. А мы умели соединять сознания своих собратьев на расстоянии. Передавали новости, а затем, после прихода Создателя, тащили на себе останки величия кода, воспоминания обо всех его носителях. Я помню о господине Лерте гораздо больше, чем ты».
- Значит, помнишь и его книгу? - уточнил мужчина. - За пару часов до того, как убраться отсюда, он сидел на пирсе и читал... что-то о тех же Гончих. Там было написано, что они - это рухнувшие с неба звезды, и что их постоянно тянет обратно к небу. Ты говоришь - я Гончий, но мне наплевать, есть надо мной облака или, допустим, тучи. Ты говоришь - я Гончий, но я ведь не каменный, и меня можно ранить. Можно убить.
«Ранить и убить можно всех», - равнодушно отозвалась тень. - «Тебя не тревожат сородичи-звезды, потому что кода в тебе - один виток. И потому что виток - чистый. Веришь или не веришь - только «чистый» ребенок мог вернуться на алтарь. Не хочешь прислушиваться ко мне - взгляни на свое отражение в зеркале».
Талер сумасшедшим усилием воздвиг себя на ноги.
Ритуальная комната поплыла, и первые шаги он делал так неуверенно, словно пол собирался выскочить и убежать из-под его ботинок. А помимо ритуальной, в храме был одинокий, затянутый плесенью коридор и четыре спаленки.