- Добрый вечер. Добро пожаловать в Хальвет, господа.
Господин Эс дружески ему кивнул. Так просто и обыденно, что Сколот, собиравшийся подняться и поклониться, в изумлении продолжил сидеть.
- Это Брима, - хрипло представил девушку бывший придворный звездочет. - Жена генерала Яста. Ей надо попасть к его могиле, и было бы очень кстати, если бы твои подчиненные перестали корчить из себя героев и отвезли девушку к северному рубежу Никета. Или ты, - он обратился к хальветскому королю едва ли не с холодным пренебрежением, - вынудишь карадоррскую воительницу преодолеть всю дорогу до Никета пешком, чтобы проверить, насколько велика ее выносливость?
Сколот молчал. Сказать ему было нечего - по крайней мере, из набора тех изысканно вежливых сочетаний, которые он использовал на подобных приемах. Потому что прием перестал вписываться в удобные лорду рамки - и потому что Эс впервые повел себя так, словно был выше и достойнее, чем его собеседник.
Его Величество Улмаст жестом показал, что вся еда на столе поступает в полное распоряжение Бримы и Сколота - и невозмутимо сказал:
- А вы, как обычно, полны яда, мой дорогой лаэрта. Неужели остроухое племя так уж вам насолило?
- Лучше бы оно мне наперчило, - бросил господин Эс, наколов на серебряную вилку идеально квадратный кусочек мяса. - Почему тушканчики сегодня совсем не острые?
Эльфийский король повернулся к лорду Сколоту:
- Мой дорогой лаэрта пьян?
- Еще как, - осторожно отозвался юноша. - Капитан подарил ему на прощание бутылку абсента.
- Вот оно что. - Улмаст насмешливо изучил растрепанного, чуть покрасневшего господина Эса, отсалютовал ему кубком и спросил: - Этот мальчик - ваше новое... дитя? Сколько их уже было?
Бывший придворный звездочет поглядел на Сколота с такой ревностью, что эльфийский король пожалел о своем вопросе.
- Ты, - господин Эс указал на остроухого пальцем, - ни черта не понимаешь в детях. Я не подбираю их на улице, не роюсь в придорожных канавах и не жру с потрохами бесполезных, по-моему, родителей. Я не спасаю обреченных на смерть, я не хожу по тюрьмам, чтобы вытащить оттуда малолетних карманников. Мне кажется, - его тон стал неожиданно теплым и откровенным, - что мои дети выбирают меня сами. Они как будто... знают, кто я такой. У них как будто просыпается... как это... безусловный рефлекс, и они...
Улмаст покачал головой:
- Этот мальчик - не ваш ребенок, лаэрта.
Бывший придворный звездочет сердито нахмурился.
- Мой, - возразил он. - От начала и до конца - мой. Ты не можешь приписать его Киту.
Сине-зеленые глаза эльфийского короля полыхнули удивлением. Он поставил кубок на край стола и протянул руку по направлению к лорду Сколоту - но господин Эс тут же ее перехватил, сжал, словно бы надеясь вырвать, и прошипел:
- Не смей. Трогать. Моего. Моего...
Он запнулся, не в силах подобрать слово. Не смей трогать моего подопечного? Не смей трогать моего, опять же, ребенка? Нет, нет, все не так, все не то; но если нет, то как же обозвать их нынешний уровень отношений?
Затишье звенело в трапезной всего ничего, а затем Улмаст ненавязчиво, но твердо освободился - и его смех, странный, похожий скорее на кашель, наполнил комнату от угла до угла. В щели между деревянными створками возникло - и тут же пропало - чье-то настороженное лицо.
- Да вы ослепли, мой дорогой лаэрта, - пробормотал эльфийский король. - Разве можно было не заметить, что этот мальчик - точная копия господина Кита? Я думал, вы на это и повелись... Та же, если позволите, цветовая палитра. Тот же рост... и равнодушие, увы, одинаковое. Я полагаю, вы в курсе, лаэрта, что у этого мальчика нет сердца? И у господина Кита, если не ошибаюсь, его тоже нет. Они бессердечные, - Улмаст кивнул на Сколота, - они жестокие, они беспощадные...
- Я в курсе, - перебил его господин Эс. - И что с того? Пускай так, пускай бессердечные! Моего сердца хватит на двоих... на троих... на всех, на весь мир - его хватит! Сомневаешься? Тогда объясни, будь любезен, какого дьявола ты до сих пор жив?
Он покачнулся - видимо, абсент ударил не только по разуму, но и по ногам. Особенно подвело больное колено; Сколот метнулся наперехват, и бывший придворный звездочет благодарно обхватил его плечи.
- Мы уходим... - потребовал он. - Мне надоело, мы немедленно уходим... ладно? Ты, - господин Эс повернулся к эльфийке Бриме, - не против?
- Нет, - растерянно отозвалась та.
Совместными усилиями лорду и девушке удалось добраться до песчаной пустоши, не угробив при этом бывшего придворного звездочета, норовившего уснуть по дороге. Совместными усилиями лорду и девушке удалось перекупить у эльфов карету и возницу; невысокий остроухий парень, по виду - полукровка, согласился довезти их до опушки Драконьего леса и там высадить. Мол, по тропе на запад, к Этвизе, лошади все равно не пройдут - и надо преодолеть ее пешком; сейчас такие походы были выше сил господина Эса, но Сколот решил, что ко времени прибытия он как раз успеет прийти в себя.